Самое чёрное сердце

– Слышь, Барр, пасть свою завалил, пока зубы целы! – рявкнул на него Чарли. – Ты мне что-то так и не ответил, какой человек может смастерить эдакий славный палисадничек.

– Я тебе не судмед, Данбар, – буркнул детектив уже без прежнего энтузиазма. Волк-оборотень, ещё и в обличье здоровенного чёрного парня с пудовыми кулаками и свирепым взором, – это вам не долбаная феечка. – Сам-то ни хрена дельного сказать не смог! Стоим жопы морозим, ждём вашу полукровочку, вы ж за любой хернёй к ней бежите.

– У вас какие-то проблемы с полукровками, детектив? – послышался за спиной вкрадчивый голос.

Вот даже поворачиваться не нужно – я знаю только одного… нечеловека, который, оставаясь исключительно вежливым, способен говорить так, что мороз по коже.

Повернулась, тут же упёрлась взглядом Вернеру в подбородок. И это ещё на каблуках. Ох, а я-то, наивная, считала свои метр шестьдесят восемь приличным для девушки ростом…

Впрочем, на фоне моего нового шефа даже здоровяк Чарли как-то внезапно скукожился. И дело тут вовсе не в размерах – качком Люциана назвать трудновато.

Плечистый, статный, не более того. Просто он из тех, кто в любой ситуации остаётся самым крутым мужиком в комнате. И не в комнате тоже, да.

Что он тут делает, даже спрашивать не буду. Такой может делать что захочет и где захочет.

– Доброй ночи, сэр, – пробормотала я, вскинув голову и встретив пристальный взгляд зелёных глаз, чуть светящихся в темноте. – Не беспокойтесь на этот счёт, у детектива Барра проблемы не с полукровками, а со мной лично.

Рискну предположить, здесь замешаны некие подавленные наклонности…

– Чё ты там пропищала? – взъярился Кеннет, дёрнул меня за плечо, заставляя повернуться обратно к нему. – Думаешь, раз ты баба, то тебе всё можно? Оставь-ка эти шлюшьи штучки для своего клыкастого босса!

За спиной упомянутого босса я оказалась на удивление скоро. Люциан оттеснил меня, встал между мной и Кеннетом, навис над ним, напоминая то ли готовую к броску кобру, то ли грозную горгулью. Я только и успела сделать шаг в сторону, когда вдруг ощутила… это.

Давление чужой магии. Сильной, пробирающей до костей. Словно наждаком по коже полоснули. И это я, тёмная тварь, которой такие фокусы в общем-то привычны! Чарли, будь он сейчас в своей волчьей шкуре, непременно бы ощетинился. Почти вижу, как он скалит зубы, как поднимается шерсть у него на загривке.

Что чувствует Кеннет, я и представлять не хочу. Мне хватило голоса Вернера – ледяного, обманчиво ласкового.