Расколотое ­небо. Завтра нет, есть только сегодня и сейчас

Для чего бастовали, стучали касками по асфальту, перекрывали Транссиб, так ни кто и не понял. А они всё равно, как бы то ни было, каждый день впихивали себя в эту влажную, грязную робу и спускались в забой.

* * *

Заведение Никодима не отличалось особым изыском и работало под девизом: «Ни дня без драки». Находилось на отшибе, на Базарной площади. Там куда стекался весь общественный транспорт, конечная остановка всех маршрутов. Изначально, Никодим хотел сделать заведение для своих.

Для музыкантов, что бы было, где провести время, спеть песню или выступить своим коллективом, не зависимо от репертуара. Что бы можно было спеть то, что тебе хочется, и никто бы не кричал из зала: «Мурку давай!!!».

Но подвело место. Заведение стало наполняться всякой публикой, но только не музыкантами. Тут бывали шахтёры, пролетарии после зарплаты, удобно разъехаться домой, тёлки не попавшие в высшую лигу, окрестные синяки, и босота. Зато в этом заведении не бывало бандитов, что с радостью и объединяло всех присутствующих.

Ассортимент в заведении был сопутствующий, водка, помидоры и огурцы, полуфабрикаты в микроволновке в одноразовой посуде. Поначалу Никодим пытался подавать гостям отбивные в красивых тарелках, водку в графинах, но как-то со временем повар загрустил и исчез. Публика была не из зажиточных, и много работы у него не было. И Никодим решил, раз всех всё устраивает, пусть так и будет.

Лёха стоял у стойки и пытался выяснить, где какую водку, стоящую на прилавке разливают.

Ни для кого не было секретом, что водку в таких, да и не только, заведениях разливали в окрестной деревеньке или в ближайшем гараже.

— Реально, хлебом пахнет! — сказала девочка за стойкой.

Лёха остановился на «Довгане хлебном» от азербайджанцев из Демьяновки, можно сказать они соблюдали технологию.

— Две поллитровки. Помидоры, огурцы.

— Сало есть! — выплеснула девочка.

— Нарезай!!! — взяв все явства в охапку, сказал Лёха и направился к столику.

За столиком Василич, шахтер со стажем и уже практически пенсионер, читал молодому Мишке, шахтёру без стажа, лекцию за жизнь. Леха разлил водку по стопкам и улыбаясь вслушался в слова Василича:

— А баба твоя — тыкая пальцем в лицо Мишке, говорил Василич — когда ты идешь на работу, должна утром с тобой встать, накормить, собрать прогресс. Поцеловать и перекрестить когда ты вышел за порог.