Сердце короля штормов

Элейн – природница, давным-давно обихаживающая чужие сады-огороды, но в душе всё та же клятая боёвка. Сильная, способная, с отличными рекомендациями из самого Иленгарда, но совершенно не понимающая слов «нет» и «терпение».

– Но не Пресветлая же богиня! – возмутилась Эрин, утерев со лба пот. Сегодня ей снова снились те сны, жуткие, тяжелые, отнимающие прорву резерва… Точнее, не сны вовсе, но об этом она думать не желала. – Серьёзно, Элейн, тут под одну ель нужно два куба песка, хорошего, сухого.

Глину поднять, чтобы воду не задерживала. Мы тут все поляжем, но на одной магии до зимы не управимся!

– И что ты предлагаешь? – язвительно поинтересовалась Элейн, тоже поднявшись и принимаясь отряхивать руки.

– Раскошелить лорда Маклелана я предлагаю, ну или кому там этот парк впёрся! – в тон ей отозвалась Эрин.

– Какой там лорд Маклелан, – хмыкнул Бойд – сурового вида темнокожий парень с не так чтоб великим резервом, но с поразительными познаниями в ботанике, – то прихоть милорда Лейернхарта, а у этого скряги зимой снег за золотишко покупать будешь!

– Я – точно не буду.

Эрин красноречиво передёрнула плечами. Синтар и окрестности – хоть трижды родные края, а воспоминания об Аэльбране и его жаре греют душу и кости.

С другой стороны, в Аэльбране, солнечном и душном, не было того, что так давно Эрин искала и желала. Вовсе не отца, нет – Дориан Тангрим, так поразительно похожий на то, что Эрин каждое утро видела в зеркале, стал настоящим открытием.

Пугающим, бессмысленным даже.

В Аэльбране не было штормового лорда, Шайена Маклелана херг Ларта, любимца не местной знати, но простых синтарийцев. Того Шайена… Шая, который охотно, своими руками, сильными и крепкими, починил ей дом, хотя Эрин не просила. Того Шая, что исправно оставлял на крохотной и невзрачной кухне всякие сладости, неизменно вызывающие детский восторг у фейри, пусть даже таковой Эрин была всего-то наполовину. Того Шая, что без всяких дурацких предлогов позвал её ужинать в местную таверну.

Не стыдясь, не смущаясь, не пытаясь выставить себя настоящим лордом, которому сидеть напротив невесть откуда выползшей девицы-полукровки вовсе не с руки.

Того Шая, что годами являлся ей во снах, пугающих и стыдных. Едва различимой призрачной фигурой и почти реальным человеком. Точнее, грифоном, чья статуэтка так неожиданно – и ожидаемо – оказалась у Эрин на каминной полке.