Все то же солнце

– Ну, вот с ними и притащится,– уверенно заявила бывшая наставница.– У мужиков что-то там альтернативное в голове. Они вечно путают то, что ты любишь, и то, что терпеть не можешь.

– Не радостный у вас опыт,– усмехнулась Женя.

– Зато поучительный,– ответила блондинка.– В какой-то момент перестаешь доносить, что нравится, а что нет. Больше шансов, что не попадут в отвратительное.

– Что же мне делать-то, если появится?– напомнила основную проблему, ради которой пришла в гости.

– Да я даже не знаю, Жень,– тренер подошла к одному из окон, за которыми опускался сумрак.

– Напомним, что срок по алиментам не вышел, может, его это спугнет. А не спугнет, так хоть какая-то польза будет от твоего Даньки, кроме сына.

– Вы его никогда не любили,– напомнила больше самой себе чемпионка.

– Ну, ты еще начни, как тогда его выгораживать и твердить, что я неправа,– фыркнула в ответ тренер.– Он тебе карьеру загубил, Женьк! могла ведь стать двукратной! Мы бы еще съездили на вторые олимпийские!

Справедливости ради, Жене кажется, что со времен завершения верить в ее олимпийские перспективы, тренер стала намного больше.

После игр и завоеванного “золота” у МамАлены гораздо сильнее интерес вызывало подрастающее поколение, чем выжатая олимпиадой и замученная переменившейся жизнью, разобранная и рассеянная чемпионка. Ставка, кстати, тогда не сыграла. На следующих играх у них было лишь серебро и бронза, может, тогда и появился внутри Елены Данииловны миф о двукратной Жене, если бы она осталась.

Остаться было никак невозможно. В олимпийский год Евгения была крайне занята – училась жить самостоятельно с ребенком на руках и как-то, наконец, найти себя в мире, где очень серьезно заблудилась. Ее пригласили комментировать финал олимпийского турнира по прыжкам на батуте. Все виды, что было особенно лестно, но голова, в целом, была занята внутренней разрухой и полетевшей под откос жизнью, которая совсем недавно казалась почти сказочной.

А после олимпийского турнира, когда команда вернулась домой, Женя пошла на поклон к МамАлене, с извинениями и просьбой помочь, как-то приткнуться в жизни, потому что иначе – конец! Елена Данииловна взяла девушку тренером, хотя обе понимали, что дело не ее, но чем еще могла помочь своей спортсменке? Когда у человека есть работа, строгий график и четкие обязательства, его труднее вышибить из равновесия.

И проще в него вернутся. За это стоило благодарить. И новоиспеченная мать-одиночка была благодарна.