Как стать контрабандистом

А почему вы так на меня смотрите?

– Пытаюсь вспомнить, где я вас видел.

– Я вёл ваш первый допрос.

– Да? Мне казалось, что он… то есть вы были значительно ниже ростом, – поняв, что сморозил чушь, я негромко добавил, – Умыться и покурить я успею?

– Да, я зайду через 10 минут.

Не успела за Лосем захлопнуться дверь, как я стал лихорадочно одеваться. Опа, а джинсы-то сползают. Видно, за эти несколько дней произошла явная усушка. Ремень конфисковали и теперь нечем портки поддерживать. Значит, будем пыжиться и надувать живот, чтобы облачение не потерять и срамными местами народ не смущать.

Лишь бы только флатусиками не сдуться при таком пузырении. Будет тогда им реактивный двигатель со спадающими штанами.

Быстро выкурил утреннюю сигарету, и одновременно попытался привести себя в более-менее товарный вид. Зеркала здесь нет, а залезать на нары и смотреться в обхезанный кем-то звонок не столько западло, сколько лень. Значит, доверимся своим внутренним ощущениям. Вот только надо перестать постоянно и продолжительно, да ещё с таким надрывом, зевать.

Во-первых, это не очень прилично, а во-вторых, можно и челюсть ненароком вывернуть. И посчитают, что в несознанку ушёл, а это может быть чревато… Так, вроде бо-ме готов.

Ну и где этот Лось с выпендрёжной фамилией? Посмотрим, чем эта почти голливудская симпатяга меня после этого порадует. На первый, но мало осознанный взгляд, он всё-таки не полный отморозок, а это уже дорогого стоит. Ждём-с с нетерпением. А прошлый раз не считается.

Я там сам был в неадеквате.

Но ждать пришлось ещё с полчаса. Я успел неторопливо выкурить две сигареты, погулять и даже несколько раз оросить себя водой в процессе восстановления водного баланса в организме.

– Уж полночь близится, а Германа все нет, – негромко пропел я себе под нос, – Там что, местные дамы открыли сезон охоты на одинокого Лося? Как там в песне было? Ага! «Из-за вас, моя черешня, ссорюсь я с приятелем. До чего же климат здешний на любовь влиятелен!».

Только любовь на трендёж надо бы заменить для большего правдоподобия.

– Ну и где ты, мой проводник к свободе? Надеюсь, маму твою звали не Ivonna Susaninen? – стал я вопрошать ещё через некоторое время, чувствуя, как меня захлёстывает нервная адреналиновая волна, и пальцы начинают заметно подрагивать – Да где же ты застрял, моя черешня? В коридоре заблудился? Ногу сломал, или у зеркала зацепился, увидев столь неотразимого красавца?

Ну, слава тебе.