Кое-что из жизни воронов и не только…

– В девять? – удивился я. – А не поздновато? Или при свете прожекторов будете играть?

– Мы будем играть при свете звёзд, – без улыбки произнёс Локи. – Уверен, – ты такого никогда раньше не видел. Ты, кстати, знаешь, где находится Тевтобургский лес?

– Нет.

– В Германии. Между Оснабрюком и Билефельдом.

– Ты хочешь сказать, что матч состоится в лесу?!

– Именно это я и хочу сказать, – кивнул Локи. – А ещё хочу дать совет – ехать не на машине, а на поезде. Между Амстердамом и Оснабрюком есть прямое железнодорожное сообщение.

Доедете до Оснабрюка и на привокзальной площади возьмёте велосипед.

– Напрокат?

– Можно и так сказать. Только вам дадут его просто так, если скажете, что едете в Циллерталь. Это небольшая деревушка в пятнадцати километрах к югу от города. Найти дорогу туда не составит труда, поскольку в Германии всё в порядке с дорожными указателями. Когда увидите стрелку на Циллерталь, туда не сворачивайте, а езжайте прямо по дороге до большого камня, на котором написано «Первый из АСОВ».

От камня сверните налево, и потом прямо, до самого конца. Всё понятно?

– Не совсем, – сказал я. – Во-первых, непонятно кто даст мне просто так велосипед. А во-вторых, не проще ли всё-таки доехать на машине?

– Велосипед тебе даст дед Пихто, – усмехнулся Локи. – Вернее, два деда – Якоб и Вильгельм. Кто они – узнаешь в своё время. А по поводу машины, скажу – не экспериментируй. Волков сильно укачивает, так что замучаешься салон отмывать.

Ты и перед поездом Зорро не корми на всякий случай.

*

Несмотря на то, что я, следуя совету Локи, не покормил утром волка, того всё-таки вырвало. Произошло это на перегоне Утрехт – Апелдорн, аккурат тогда, когда соседка по купе – славная пожилая женщина – попросила снять с «пёсика» намордник, чтобы угостить его домашним печеньем. «Посмотрите, он уже заранее благодарит!» – воскликнула она, когда увидела, что «пёсик» совершает движения головой вверх-вниз, будто кланяется.

Я рванул Зорро за ошейник с целью выволочь в коридор, но было поздно – он уже «отблагодарил» всех присутствующих, отрыгнув куски съеденного накануне мяса.

Меня оштрафовали на двадцать евро, и Зорро, чувствуя свою вину, пролежал у моих ног, не шевелясь, всю оставшуюся дорогу. Зато очень бодро зашевелил лапами на привокзальной площади Оснабрюка, потащив меня к велосипедной стоянке, находившейся у торцевой стены здания почты.