Ночной крик вдовы. Русская провинциальная поэзия

А наутро поселян всколыхнул набат,

Будто оземь грохнул страшный камнепад…

В мире ярко полыхают дерзкие сердца —

В них мятежный дух самого Творца!

ОЧНИСЬ, СТРАНА!

Горят огни, трепещут тени…

Эпоха ставит на колени.

Упал приплод.

Зияют окна, как глазницы.

С прищуром хищные бойницы.

Распят народ.

Следы находим и поныне

в безумьем выжженной пустыне.

Мир – полигон!

Тотальной формою удушья

начинено опять оружье.

Молчит закон.

Чеканный профиль бронтозавра

облагорожен ветвью лавра —

сей герб страны.

Все грандиозные успехи

облачены скорей в доспехи.

Триумф шпаны.

Геракл гидру обезглавил,

но зло живёт без всяких правил.

– В том убеждён!

И космос сплошь в переполохе:

Христос подсуден стал эпохе…

– Бог осуждён!

Примета времени – безверье.

Вот в преисподнюю преддверье.

Ждёт сатана…

Как-будто в кокон упакован, —

мир к роли куклы уготован.

Очнись, страна!

МИР ПОИСТИНЕ ЖЕСТОК

Когда бы мог легко заснуть

под звёздным пологом

и, не вдаваясь в жизни суть,

сухим некрологом

провозгласил ушедших дней

воззванье в будущем,

то умилился б мир теней

холщовым рубищем,

обёрнутым вокруг души

твоей заботливо, —

тогда и чувствами пляши

в судьбе угодливо,

мол, благосклонно принял бог

под покровительство

и положительно обрёк

теперь на жительство

в небесном царствии своём

средь душ воспрянувших.

Жаль, не всегда осознаём

утрату в канувшем.

Да, мир поистине жесток, —

бес правит им:

попробуй-ка избрать шесток,

чтоб был незанятым…

ЭТОТ ГОРОД

Этот город возник на костях,

привидения бродят в нём,

только выглядит в «Новостях»

распрекрасно сей город днём.

Город строил кровавый тиран,

чтобы в нём угнездилось зло

против мирных и добрых стран,

коих в мире большое число.

Приходилось и мне бывать

ни единожды в граде том,

и не смеют там уповать

на Спасителя в храме пустом.

Город в небо вонзает шпиль,

аж в груди замирает крик.

Поднимается красная пыль

под звериного ветра рык.

Я не помню угрюмых лиц,

что встречались в былые дни —

от упавших покорно ниц

отслоились видать они.

Помолитесь, друзья мои,

за несчастных во граде том;

не коснётся пускай семьи

вашей ярости той симптом.