Жизнь прекрасна!

Наташу, видимо, опять мучила память, а Рома думал, как продолжить разговор, не обижая её. Они проходили мимо кафетерия, когда Рома осмелился и предложил:

– Может, зайдём, погреемся?

Она, ничего не отвечая, первой вошла и выбрала самый отдалённый столик, куда едва проникал свет и лёгкая музыка.

– Что будешь пить?

– Кофе с молоком.

Подошёл официант, и Рома сделал заказ:

– Кофе с молоком и кофе чёрный.

– Вам только и надо, что затащить девушку в постель. Потом бросить и похвастаться перед друзьями.

Это вы называете любовью, – продолжила разговор Наташа, словно не было этого долгого молчания.

– Не все же, – оправдался он.

Принесли кофе.

– А ты не такой? – она посмотрела на него.

Рома видел её доверчивые глаза и не смог обмануть их.

– Был. – Ответил он и отвёл глаза.

– Был? Когда же это было?

– До встречи с тобой.

Она ничего не ответила, пила кофе.

– Он тоже красиво говорил, – после молчания прошептала она и надолго замолчала. Рома понял, что с ней происходит, и не знал, что и говорить.

Да и вряд ли она теперь станет его другом и доверит свои тайны, свою боль. Она словно прочитала его мысли.

– После этого было бы глупо предлагать мне дружбу.

– Я просто хотел помочь. Я слышал, ты собираешься в монастырь, а я хотел вернуть тебе радость жизни.

– Ты думаешь, это возможно?

– Я надеюсь на это. Не стоит ломать жизнь из-за одного подонка.

– А ты не думал о тех, кого ты обманул? Им, наверное, тоже нелегко. Почему ты им не хочешь помочь? – в её глазах блеснул прежний злой огонёк.

Рома пожалел, что сознался. Он дружил со многими, и многие делили с ним постель. Но расставались они тихо и мирно, хотя, если быть честным, иногда он хвалился перед друзьями своими похождениями. Но он не решился сказать ей об этом. Ещё подумает, что ищет себе оправдание. Она допила кофе.

– Спасибо за угощение, – и направилась к двери.

Рома боялся, что она сейчас уйдёт. Он нашёл официанта, рассчитался, не стал ждать сдачи и выскочил на улицу. Наташи не было.

Он лихорадочно достал сигареты и закурил. Его бил озноб, хотя он не чувствовал холода. «Называется, помог, – ругал он себя, – теперь она точно возненавидит всех. И чёрт меня дёрнул за язык. Не такой уж я и грешник. Отбил у человека веру в чистую любовь. А если бы я солгал? Да разве можно на обмане что-то построить, чего-то добиться?»

Он уже собирался направиться домой, как за спиной услышал её голос:

– Ты не проводишь меня?

– Конечно! – он обрадовался.