Время Скорпиона (сборник)

А так как в нашем виртуальном мире возможно все, я прилетел к Вам прямым рейсом из Еревана и привез свои любимые розы.

Не красные, но бордовые, почти черные по краям, большие, тяжелые, абсолютно бархатные на ощупь, пахнущие дурманяще-сладко (в детстве мне казалось – компотом, и я жевал лепестки). Эти розы достойны Вас, милая Натали!

Nataly

Спасибо, Иосиф, за чудесные цветы!

Привратник только что принес их, вид у него действительно неважный… Цветы роскошные, просто царственные, а пахнут… у меня кружится голова…

Иосиф

Колюнчик, дорогой, привет!

Хочу написать тебе еще… хотя тяжело становится сидеть, устаю быстро, да и по клавиа туре стучать – сил нет.

Вечером не могу даже читать – буквы расплываются, ничего не вижу. А так болей никаких нет, колют меня каждый день… наверное, обезболивающее, ну и от этих уколов сонливость какая-то, апатия…

Так что после обеда я уже не встаю: дремлю, думаю о ка кой-то ерунде или о чем-то, что мне кажется важным. Хочется тебе напоследок сказать что-то, что меня тревожит… ночью так ясно было, а сейчас мысли с трудом собираю в кучку.

Ты – эстет слога, но прости за корявость изложения – я не в лучшей форме последнее время…

Боюсь ли я смерти? Конечно, боюсь. Не боли, нет… знаю, что здесь сделают всевозможное, чтобы она не была мучительной… Другое меня гнетет: я ведь достаточно пассивный христианин, как-то всерьез о Боге не задумывался и Библию прочел скорее с познавательной целью… И снова восхищаюсь тобой: у тебя отношения с религией естественные, как само собой разумеющееся…А с Богом и вовсе дружеские… вы друг другом вполне ДОВОЛЬНЫ: он – тем, как ты используешь данный тебе талант, а ты – тем, как славно все устроено в мире.

А я вот сомневаюсь: вдруг ничего там нет, только черная, холодная пустота? И этих мыслей боюсь, а из-за них и смерти боюсь. Стараюсь гнать от себя эти сомнения, мысленно прошу прощения у тех людей, которых обижал… не со зла, атак… Ты всегда говорил: «Пижон, позер, мальчишка…» От этого и был, очевидно, так обидно снисходителен к людям, особенно по молодости… Теперь вот каюсь…

Тебе благодарен за все, не морщись, пожалуйста, дослушай, это не сантименты – просто момент такой настал… Ты единственный, кто мог меня «поставить на место», никому это не позволялось, а ты делал так незаметно, необидно, с присущим тебе юмором и тактом.

Вообще ты научил меня очень многому – спасибо тебе, Колюнчик.

Теперь о Диане: не бросай ее, позванивай, поддерживай как-то.