Былицы

Купер, Ж. Верн, Д. Дефо стали любимыми книгами. А скольких не выученных уроков стоили мне эти тома! Надо признать, что читать я всегда любил, а тут такое богатство в полном моем распоряжении. Читал даже ночами под одеялом.

К счастью, среди книг попадались тетради, приходо-расходные книги бабушки и дедушки, письма и прочая бумажная канцелярия – короче, архив. Так я нашел бумаги по передаче владения домом моему деду – Александру Алексеевичу. Нашел его записи по ведению строительства флигеля во дворе нашего дома. Там же были тетради и рисунки отца и его братьев и сестер.

Отец учился на землеустроителя, и поэтому встретились красивые рисованные карты с практических занятий в училище.

Среди старых вещей попадались весьма интересные предметы, назначение которых не сразу угадаешь. Так, удивил рубель – гладильное устройство. Снегоступы и крепления для охотничьих лыж – финские пьексы. Машинка для набивки папирос, правилки для перчаток и шляп и многие другие забавные устройства из быта наших предков долго оставались загадочными механизмами.

Ломберный столик впоследствии перекочевал с чердака обратно в комнаты. Он оказался весьма удобен в качестве небольшого письменного стола. Клетка для птиц тоже несколько раз использовалась по назначению. Она была искусно сделана и очень удобна, но мне иногда не хватало умения выхаживать птенцов, во множестве попадающихся в начале лета.

Большое впечатление производила старинная утварь – духовые утюги, карбидные фонари и лампы, медные чайники и кофейники, вазы из фарфора, хрусталя и стекла, подсвечники и посуда.

Меня удивили игрушки – железная дорога с «настоящими» паровозиками, вагончиками и рельсами. Оловянные солдатики, елочные игрушки, детская посуда, разнообразные коньки и другие волшебные вещи просто завораживали. Поэтому забираться на чердак с отцом было большим удовольствием. Он знал историю почти каждой вещицы и очень интересно о них рассказывал.

Слава богу, что хоть немногое от былого уклада сохранилось. Некоторые вещи оказались неожиданными даже для отца.

Так, я однажды нашел револьвер, завернутый в тряпку и засунутый между трубой и крышей. Понятно, что это серьезный аргумент для милиции при каком-либо казусе. Отец молча забрал револьвер и произнес вполголоса: «Ты ничего не видел, понял?» Я ничего и не видел, особенно, после случившегося. Больше этот револьвер никогда не появлялся на виду. Думаю, что для отца этот тайник также был неожиданным.

Среди чердачных находок встречались и игры.