Ниачом и абафсём. Сказки без названия

– А как насчет него? – Дракон пошарил под объемным брюхом и извлек на свет крохотное, цвета робкой утренней зари, яйцо.

– Ахуеть, – восхищенно выдохнула Принцесса, – Оно такое… такое…

– Трогательное и беззащитное, – утер набежавшую слезу Дракон. – Утром в траве нашел. Теперь высиживаю.

– Дай подержать, – попросила Принцесса, протягивая ладонь.

– Руки! – оскалил клыки Дракон.

– Некоторых печальный опыт ничему не учит, – покачала головой Принцесса, – при виде яиц напрочь разум теряют.

– Ничего, мое милое, – баюкал яйцо Дракон, – не бойся, папочка не отдаст тебя никому.

Он построит замок с высоким забором и будет с тобой жить долго и счастливо.

Яйцо вдруг задрожало, пошло трещинами и…

– Блять! – возопил Дракон, сотрясая пещерные своды.

– Деточка отказалась кушать сисю? – вкрадчивым голосом спросила Принцесса.

– Это не деточка! Это малек болотного глиста!

– Уррр, – улыбнулось склизское червеобразное создание.

– Мои родители тоже во мне разочаровались, – улыбнулась Принцесса, сажая малька на плечо.

 – Я назову тебя Клистира. Ты ведь девочка?

– Уррр, – глист моргнул, соглашаясь.

– Мне надо выпить, – судорожно сглотнул Дракон.

Над миром сгущались звезды. Принцесса и Дракон сидели на болотной кочке, любуясь, как весело резвится в тине Клистира.

– Обидно, – вздохнул Дракон, – почему они всегда вылупляются? Сидели бы себе в яйце, тепло, безопасно…

– И тебе спокойно, – заметила Принцесса. – Какой в этом кайф?

Дракон не ответил.

Он думал. О звездах и кайфе, наверное. А, может, и нет…

18

Ранним летним утром Принцессу и Дракона разбудили громкие крики.

– Эй, Дракон! – надрывался кто-то перед входом в пещеру. – Выходи на бой! Герой пришел! Подвиг совершать!

– Пять минут еще, – сонным голосом пробормотал Дракон, сворачиваясь клубком на куче золота.

– Конец твоей власти! – не унимался Герой. – Не тиранить тебе больше невинных дев, не топтать полей, не жечь огнем поселения!

– Насчет дев, он про меня что ли? – зевнула Принцесса, потягиваясь.

 – Так это еще кто кого тиранит.

– Тихо, – шикнул Дракон. – Может, он подумает никого нет дома и уйдет.

– Не уйду! – радостно гаркнул Герой. – Не дождешься, сатрап!

– Ладно… – улыбка Принцессы не предвещала ничего хорошего. – Сам напросился.

– Пиздец Герою, – вздохнул Дракон.

В нем боролись жалость и злорадство. По утрам Принцесса была злее водяной змеи в период линьки.