541-я

А как звали того, кто сотворил ей это чудо, она даже не догадывалась. Поэтому и во сне девушка растерялась:

– Я не знаю!

– Тогда я буду Александровичем! Ты, мамочка, не возражаешь?

– Иван Александрович? – задумалась Юлька из сна. – Что ж, звучит красиво. Я не возражаю. Но почему ты выбрал именно это имя?

– Я хочу дать подсказку моему папочке. Пусть он тоже узнает, что у него есть я!

Хотела ли Юлька дать подсказку «папочке»? Скорее она хотела плюнуть в его наглую рожу или съездить по ней кулаком.

Беда была в том, она не знала, где эту самую рожу искать и как ее узнать. И лишь глазенки сыночка необычного сапфирового цвета что-то смутно ей напоминали.

Проснувшись утром, девушка погладила себя по ставшему очень объемным животику и прошептала:

– Здравствуй, Иван Александрович!

И в этот момент ее скрутила резкая боль, а по ногам потекла непонятная жидкость.

– Вот и началось! – только и успела подумать она.

***

Юлька думала, что готова ко всему. Но те девять часов непрерывной боли и ощущение того, что тебя просто ломает пополам, практически лишили ее сил.

Акушерка внимательно прощупала готовящийся к выходу плод и коротко бросила:

– Крупненький, а таз узенький. Дай Бог, сам пройдет!

После этой небрежно брошенной фразы, в мозгу девушки засела только одна фраза:

– А если не пройдет?

Во время приступов боли она успела проклясть всех: и неизвестного папашу, и весь мужской род, и такое несправедливое распределение ролей в человеческом мире.

Но когда к ее груди приложили сверток с копошащимся малышом, она забыла про все на свете. Ванечка показался в тот миг самым красивым, самым желанным ребенком на свете.

В центре во время бесед с психологом ей предлагали оставить ребенка в доме малютки.

– Ты же выросла в детдоме, ничего с тобой не случилось. И ребеночку твоему там будет хорошо! А так только и будешь, что нищету плодить. На что вы с ним жить будете?

При этом психолог десять раз успевала повторить, что она говорит те вещи, которые говорить не должна.

Но в случае с Саттаровой это лучший выход. Юлька уже начинала задумываться над таким решением проблемы. Да только эти пять минут после родов расставили все по своим местам. Она будет браться за любую работу, может ночей не спать, но ребенок будет расти только с ней.

А через три дня ее в кабинет пригласил неонатолог. Седой, худощавый мужчина долго смотрел в окно, ничего не говоря посетительнице.