Гепард

 – А что же ты тогда замуж не выходишь?

– Можно подумать, что жена, которая ложится в постель без любви к мужу, не шлюха! – крикнула Инна и, получив пощечину, убежала к себе в комнату.

Там она проплакала целый час, вспоминая прошлые обиды. Ей вдруг захотелось напиться до чертиков, забыть обо всем: пустоте в душе, боли и обиде. Девушка взяла бутылку водки, закуску и, сложив это в пакет, выскользнула на улицу. У калитки ее окликнул отец. «Ты куда?» – строго спросил он. «Блядствовать!» – зло крикнула Инна и быстро пошла по дороге, не оглядываясь.

Пройдя мимо больницы, Дукатова свернула к речке. Усевшись на камень, она быстро выпила водку, закусывая хлебом и огурцами, словно боясь, что не успеет этого сделать.

На голодный желудок Инна опьянела быстро. Медленно отступили обида и боль, и их сменили… безразличие и бесстрашие. С трудом встав, девушка пробормотала: «Ну и напилась я, хуже, чем отец». Вспомнив о нем, она стала посылать проклятия в его адрес. Шатаясь, Дукатова зашагала по тропинке, выкрикивая невидимому собеседнику слова обиды и оправдания.

Инна уже не помнила, куда шла и как попала именно на эту маленькую полянку, где стояли трое парней. Она узнала братьев Брогиных: Антона, Юру и Гену.

– Ой, мальчики, – залепетала, пьяно улыбаясь, девушка и, подойдя к старшему, обняла его за талию и, глядя ему в лицо, спросила:

– Антон, ведь, правда, я не шлюха?

– Нет, конечно, – злорадно улыбнулся он и добавил: – Ты всего лишь пьяная подстилка!

Сказав это, он резко толкнул ее в грудь.

Инна потеряла равновесие и, ударившись головой о землю, пьяно пробормотала:

– Ты чего толкаешься?

– Сейчас узнаешь, – улыбнулся Юра и, присев рядом, схватил ее за одну руку и потянул к себе.

Антон с другой стороны сделал то же самое. Она засмеялась:

– Ребята, вы, что хотите меня испачкать?

– Да заткнись ты, сука! – рявкнул Гена, расстегивая ширинку.

В пьяном мозгу девушки что-то сработало, и она сказала:

– Отпустите мои руки, мне больно.

Ответом ей послужили треск разрываемого платья и нижнего белья и груз обрушившегося на неё тела.

Ее груди больно сжали грубые руки, а ее лоно подверглось безжалостной сексуальной атаке. От боли Инна впилась зубами в нос насильника. Тот, вскрикнув, отпрянул от неё и так пнул её в живот, что девушку вырвало. Её тут же отпустили. Она, сотрясаемая позывами рвоты, повернулась на бок, её стали бить ногами. Потом появился Игорь.

3

Кропоткин нес девушку на руках и молчал.