Любовь учебе не помеха

Меня спас ректор:

– Леди Эванс, вы хорошо устроились на новом месте?

– Да, меня все вполне устраивает.

– Вы раньше бывали в Адовере?

– О, это было давно, в детстве. Я город почти уже и не помню.

– Тогда советую посетить наш замечательный парк и театр. Он не хуже, столичного.

– Спасибо за подсказку, – поблагодарила я и мягко улыбнулась мужчине. – А вы ходите в театр?

– У меня там есть постоянная ложа, – утвердительно кивнул ректор.

И я спохватилась, поняв свою оплошность. О, Единый! Да я же только что почти напросилась с ним вместе пойти в театр.

И, конечно же, он понял меня, похоже, неправильно.

– Анита, приглашаю вас через три недели на премьеру балета. Приезжает труппа из Охсбурга.

– О, мне очень приятно, спасибо за приглашение, – и кровь прилила к лицу от смущения. Надеюсь, пятнами не пошла, от злости на себя и на свою оплошность.

– А давайте танцевать! – послышались уже пьяненькие голоса профессоров.

Ну что сказать, этого и следовало ожидать. Все сразу же оживились, повскакивали с мест и направились в соседнюю залу, где уже настраивал инструменты оркестр.

Дамы были в особенно в приподнятом настроении, глазки блестели от выпитого вина, и они игриво подпрыгивали и похихикивали. Наряды профессорско-преподавательского состава не отличались изыском, так как все-таки они не кокетки. И на одежду им тратиться особо не было смысла. Не из-за зарплаты – она в академии была достаточно высокой, а потому что ходить особо было некуда, да и некогда.

Целый день профессора преподавали, а по вечерам была бесконечная и рутинная работа: проверка контрольных работ, курсовых и эссе студентов, а еще проводили научные исследования.

Ведь это основная обязанность всех преподавателей академии. Так что такой повод для праздника, как сегодня, не пропустил никто.

Первый танец оказался медленным. Это традиция, как и на всех балах, но я видела у многих не очень довольные лица. Всем хотелось уже побыстрее пуститься в безудержный пляс, кровь горячил алкоголь.

Тягучие звуки мелодии, словно шелк скользил по телу и ласкали слух. Низкий бархатный голос рядом произнес:

– Разрешите пригласить вас на танец. – Глаза ректора сейчас казались сумрачно-серыми. Смотрели, впившись и удерживая, не давая отвести взгляд.

– Конечно, – еле слышно ответила я.

Ректор Сандерс взял мою кисть, чуть сжал и повел в центр зала. Сильная рука обхватила мою талию, а его глаза так и не отпускали, словно утягивая в омут бурной реки.