Любовь учебе не помеха

Что-то было в них такое… Волевое и сильное, то, чему хотелось покориться и не возражать. Отдаться на милость природной и первозданной силе.

– Анита, вы очень красивая девушка.

– Спасибо, – ответила смущенно.

– У вас должно быть много поклонников. – Не вопрос, констатация фактов.

– Я умею от них вовремя убегать, – усмехнулась в ответ.

– Но не всегда так будет. Когда-нибудь вам попадется тот, кто точно не отпустит такое сокровище. – В глазах Девида Сандерса отразился свет от магических светильников, и словно звезды зажглись разом на вечернем небосводе.

Аромат пачули и кедра туманил мозг, теплота мужского тела притягивала, и хотелось прижаться еще теснее. Его глаза становились все ближе и ближе, так, что я почувствовала теплое дыхание, почти коснувшееся моих губ. Но волшебство внезапно исчезло с последними аккордами музыки, и ректор шепнул на ухо:

– А теперь я вынужден вас покинуть.

Я удивленно взглянула на него, и ректор пояснил:

– Не только вас, но и праздник. Начальству не стоит видеть своих подчиненных в некоторых моментах.

Сейчас начнется самое жаркое, и потом им будет передо мной стыдно, и перед собой тоже. Так что не буду никого смущать – веселитесь. – И, поцеловав мне руку, удалился, уверенно шагая в сторону выхода, оставив меня в смятении, и, непонятно почему, с сильно забившимся сердцем.

***

– Танцуют все! – объявила сильно подвыпившая преподавательница теории рунической магии – Кэрри Уинстоун и заказала у оркестра музыкальную композицию шальных орков, что обычно играли в низкопробных кабаках, чем очень меня удивила.

А потом она выкинула то, что я вовсе от нее не ожидала – профессор выставила вперед ногу в черном чулке, чуть приподняла бархатное зеленое платье и понеслась через весь зал, заодно еще и подпрыгивая.

Что самое интересное и поразительное, за ней с веселым визгом бросилась другая профессорша не очень хрупкого телосложения. А потом к обеим женщинам с веселыми криками присоединились остальные преподавательницы.

Также носясь почему-то из угла в угол, сильно задирая подолы платьев почти до колена. Они раскраснелись и светились счастьем. Мужчины, глядя на такое разгулье, тоже решили не оставаться в стороне и присоединились к всеобщему веселью. Пустились в пляс лихо приседая – кто как мог. Если помоложе, то до пола, а кто-то только чуть помахивал ногой.

Один преподаватель попытался поймать с разбегу летевшую на него, словно очень перекормленную птицу, леди Уинстоун.