Красавица и чудовище

Мама говорит, нельзя брать деньги просто так. Их нужно честно зарабатывать.

– Какая умная у тебя мама, – саркастично произнес Гилберт. А про себя подумал: «Интересно, много она назарабатывала?»

– Я могу купить коньки и тебе подарить, это же не деньги.

– Нет, – Женя решительно отверг еще один идеальный вариант.

Мозг Гилберта вскипал от переполнявших его мыслей. Он уже настроился помочь мальчику во что бы то ни стало и не намерен был отступать. Только как это сделать, пока не мог придумать. Он уважал Женины чувства, ему импонировал такой серьезный подход к делу, но все это не решало возникшие сложности.

Казалось, ситуация уже обречена на провал, как вдруг блестящая идея прояснила сознание.

– Хорошо. Тогда я могу предложить тебе заработать деньги.

– Как? – глаза мальчика загорелись неподдельным интересом.

– Пока не знаю, но обязательно что-нибудь придумаю, – заверил его Алекс и протянул руку, чтобы скрепить их договор.

– Хорошо, – радостно воскликнул Женя и пожал его ладонь.

– А пока скажи мне, какой у тебя размер ноги?

– Тридцать седьмой, а зачем это?

– Дома посмотрю. Может, остались мои детские коньки.

– Ты играл в хоккей?

– Конечно, играл, – Гилберт добродушно улыбнулся и встал. – Ладно, я пойду, загляни ко мне завтра.

– Спасибо.

– Пока не за что.

– Женька! – Гилберт услышал взволнованный голос Красновой и в ту же секунду забыл, как дышать. Повернулся к ней лицом и заглянул в полные тревоги глаза. «Узнала», – мгновенно пронеслось в голове, и мир треснул, погребая его гениальный план под острыми осколками.

Алекс нервно сглотнул и непроизвольно сжал кулаки. Растерялся, не знал, как теперь себя вести, как смотреть ей в глаза и что говорить. Былая уверенность в своих силах вмиг испарилась – Гилберт без труда мог справиться с Лизой, но Царев вряд ли был на это способен.

Как в замедленной съемке, Краснова подошла к скамейке и, не обратив на Алекса никакого внимания, присела рядом с Женей.

– Что с тобой? Почему ты не на льду?

Лиза испугалась не на шутку, в голове возникали мысли одна страшнее другой – упал, получил травму…

– Мам, ну перестань, – недовольно проворчал мальчик, вырываясь из чрезмерной опеки матери. – Все со мной хорошо.

– Мам? – Алекс опешил, отчего голос заметно охрип.

В сознании сработала бомба, едва не сбив его с ног взрывной волной.