Жизнь на фотографии. Или полмира за LIKE

В результате, полотно сильно треснуло, откровенно намекая на то, что силы не равны, однако вся дверь в общем, – чудо инженерной мысли, осталась стоять, ни на йоту не сдавая своих позиций. После нескольких дополнительных ударов ногой, призванных окончательно сломить волю несгибаемой преграды, трещина в ней превращается в дыру, что для нас оказывается достаточным. Как говорится: «Победила молодость…»

– Просовывай руку и открывай замок изнутри! – говорю я Маше, у которой уже так трясутся руки, что если ей сейчас дать, к примеру, нож и разделочную доску, то она сможет нарезать любой салат мельче многих профессиональных шеф-поваров.

Маша просовывает свою маленькую ручку в образовавшуюся щель, отодвигает задвижку, и дверь открывается.

Картина, встречающая нас, надо сказать, разительно отличается от той, на которую рассчитывает человек, услышав непонятные звуки в ванной. Я-то надеялся, что мы увидим сидящую на полу девушку, грязно ругающуюся матом и потирающую разбитую о кафель коленку или шишку на голове.

Уж никак я не планировал увидеть то, что сейчас предстало перед моими глазами и то, что заставило, вынырнувшую у меня из-за спины, Машу взвыть, как раненный дикий зверь.

Юля, голая, лежит в ванне, вода в которой розового цвета и, судя по всему, она без сознания. Ее лицо лишь слегка возвышается над поверхностью воды и кажется, что она уже утонула, что-то с собой сделав перед этим.

Все мы видели в фильмах последствия разрезанных вен в ванне: «Розовая» вода, синие губы, бледное лицо, но когда с такой картинкой сталкиваешься в жизни впервые, то мыслить ясно, становиться трудновато.

Я смотрю на свои руки и понимаю, что хорошо нарезать салат теперь смогу и я…

Мы подлетаем к ванне и усаживаем Юлю вертикально. К счастью, она не успела наглотаться воды, о чем, как мне кажется, свидетельствует ее, хоть и слабое, но дыхание. Из маленького носа Юли хлещет поток крови, растекаясь по подбородку с обеих сторон рта и напоминая усы одного из персонажей старой передачи «Американский мотоцикл», шедшей давным-давно на «Дискавери».

На руках никаких следов нет. Это радует!

– У нее просто из носа кровь пошла, восклицает Маша, видимо думая, что я совсем слепой.

– Да, вижу, – говорю я. – Неси какой-нибудь халат или что-то подобное.

Машка вылетает из ванной и уже через минуту появляется с большим, приятным на ощупь, фиолетовым полотенцем. На нем нарисованы верблюды с идиотскими улыбками.