Телохранитель для Снежной

В голове не укладывалось, как можно самолично подвергать себя опасности. Злость моментально вспыхнула в груди и жидким огнем заструилась по венам. В эту минуту готов был удушить эту бестолковую бабу собственными руками, но выдержка не подвела. Он лишь глубоко дышал, остужая адское пламя внутри, и сжимал кулаки до хруста в пальцах.

– Это опасно. Я тебе запрещаю, – процедил Илья сквозь зубы, пронзая Симону насквозь убийственным взглядом.

– А мне плевать! –  надменно выплюнула ему в лицо и резко развернулась на каблуках.

 –  Я должна там быть, и никто меня не остановит, – гордо вскинула подбородок и прошла мимо него к выходу.

Илья хищно ухмыльнулся и без труда догнал ее. Без лишних слов закинул на плечо и понес в свою комнату.

– Отпусти! Что ты делаешь! –  взвизгнула Симона и отчаянно забарабанила кулаками по его мощной спине. –  Ты всего лишь охранник и не имеешь никакого права…

Илья не дал ей договорить, бесцеремонно бросил на кровать и навис сверху, внушая панический ужас.

Симона инстинктивно вжалась в постель, пытаясь стать как можно дальше, но он не позволил, буквально сминая своим телом и лишая возможности сопротивляться, завел ее руки за голову.

– Свои права и обязанности я устанавливаю сам. –  Голос холодный, как лезвие ножа, и такой же опасный пробрал до колючих мурашек. –  Я согласился защищать тебя и сделаю это, даже если придется связать…

– Пусти, – выдохнула Симона и дернулась в жалкой попытке вырваться, но лишь запуталась еще сильнее.

Губы Ильи стремительно приближались, и шанса уйти от неминуемого столкновения просто не осталось. Она крепко зажмурилась, не желая видеть всего этого кошмара, и задержала дыхание. Но поцелуя не последовало, вместо этого кожу запястий обжег холод металла и раздался характерный щелчок, а Илья сразу же испарился.

Симона в ужасе распахнула веки и дернула руками, но тщетно: они были надежно прикованы наручниками к спинке кровати.

– Ты сдурел? –  недоуменно воскликнула она и лихорадочно пыталась освободиться, но металл лишь болезненно впивался в кожу.

 –  Ты что творишь?

– Я тебя предупреждал, – холодно напомнил Илья, с довольной ухмылкой наблюдая за ее стараниями вылезти из наручников. Да, грубо, жестко, зато действенно. Глядишь, мозг на место встанет и в следующий раз она подумает головой, прежде чем творить всякую дичь.

– Расстегни немедленно! –  взвизгнула Симона, перейдя на фальцет. Страх напрочь снесло волной неистовой ярости.