Порог

Забравшись на подоконник и высунув светловолосую голову в форточку, девочка громко спросила:

– Чего тебе? – На улицу выйдешь?

– Не знаю, мама ещё с работы не пришла. А что?

– Сбор у нас… – Да ну? Есть повод? – Есть. У тебя час в запасе. – Буду

Спрыгнув на пол, Мирослава быстро пробежалась по многочисленным комнатам. Надо успеть. Пропылесосила пол, перемыла посуду, «не забыв» кастрюли и сковороды, вынесла мусор, заплела туго косу и закрепила её на затылке под бейсболкой, натянула спортивные штаны и стала готовить мамины любимые сырные лепёшки с начинкой – знала, чем задобрить.

– Это чем у нас так вкусно пахнет? – раздался из прихожей радостный женский голос. – Да неужели? – Софья Михайловна вошла на кухню. – Сознавайся, дочь моя, что опять натворила?

– Ты что, мам? Ничего не натворила, – перевернула Мирослава на сковороде очередную порцию золотистых сырников.

– Не успела, значит, – откусила мать кусочек лепёшки. – Всё ещё впереди, значит. Ну-ну…

– Вот чего ты опять начинаешь, а? Накаркаешь ещё!

– Господи, и где ты выражения такие находишь? – «накаркаешь»! Совсем распоясалась.

– Это не я распоясалась, это мой возраст такой распоясанный. А ты должна к нему относиться терпимо-снисходительно – так утверждает педагогика.

– Славка, ты дождёшься у меня! Я пошлю педагогику ко всем чертям и всыплю тебе ремня по непедагогическому месту!

– Да за что, мам?

– А вот «ни за что». Для профилактики… Ты куда, дочь моя?

– Нельзя спрашивать «куда»: дорогу «закудыкаешь».

Меня Игорёша ждёт, – поставила на стол лепёшки Мирослава. – Вкусные?

– М-м-м-м… очень. Не задерживайся.

***

У Славы переходный возраст – всего четырнадцать. Она утверждает своё право на самостоятельность, при этом оставаясь очень шумной, озорной девчонкой. Софью Михайловну частенько вызывают в школу по поводу её невысоких учебных достижений и даже участия в мальчишечьих драках.

– Софья Михайловна, неужели вы не можете повлиять на дочь, ведь вы такой успешный и требовательный руководитель… – каждую неделю выговаривала матери Мирославы классная руководительница Елизавета Михеевна, которую Славка дома звала классной мучительницей.

 – Слава, простите, Мирослава, дерзит, оговаривается, задаёт учителям каверзные и провокационные вопросы. Может быть, вызвать для беседы отца?

– Вы же знаете, Елизавета Михеевна, мой косметический салон отнимает очень много времени. Если я ослаблю контроль за работой коллектива, я потеряю клиентов.