В плену желаний

Он восхищался ее стойкостью, сильная и смелая, но в то же время нежная и ранимая.

Тимур поймал себя на мысли, что не хочет уходить. Была бы его воля, остался бы и просто смотрел, как Ира спит. Легкая прядь упала на ее лицо, и ему понадобилась вся выдержка, чтобы не поддаться порыву заправить ее за ухо. Он боролся с желанием погладить ее по голове, ощутить, насколько мягкие у нее волосы. А ведь он ни разу не видел ее улыбки, наверняка она очень красивая… Отогнав запретные фантазии, осознал, что и так провел здесь слишком много времени, но все же не удержался и еще раз взглянул на Ирину, стараясь запомнить каждую черточку ее лица.

Невольно улыбнувшись и буквально сразу же посерьезнев, вышел за дверь.

Услышав щелчок замка, Ира открыла глаза, сердце бешено стучало в груди. Она поняла, что в комнате был Тимур. Узнала еще по шагам в коридоре… Но что он здесь делал? Хотел проверить, на месте ли она? Ирина перевернулась на другой бок и задумалась. Все чаще она ловила себя на непозволительных мыслях об этом мужчине.

Хотелось еще хотя бы раз ощутить его объятия, такие крепкие и нежные одновременно. Вспоминая тот взгляд, полный страстного огня, каждый раз содрогалась. Она боялась даже представить, что было бы, если бы Громов тогда не остановился, и одновременно страстно желала это узнать…

Картинки, всплывавшие в голове, унесли ее далеко-далеко, и, сама того не заметив, Ира уснула с улыбкой на губах.

Москва. Сокольники. Квартира Зиминой

Вечерние сумерки не спеша опускались на город. Алексей, приехав по нужному адресу, припарковал автомобиль и, откинувшись на спинку кресла, прикрыл глаза, стараясь унять волнение.

Столько времени он ждал этой встречи и вместе с тем боялся. Боялся разочароваться. Вдруг воображение сыграло с ним злую шутку, и Зимина на самом деле не такая, какой он ее запомнил? Но больше всего пугала мысль о том, что она окажется именно такой.

Елена тоже нервничала, весь день не могла найти себе места, опасалась, что Алексей передумает. Но, посмотрев в окно, увидела его машину во дворе и немного успокоилась.

Ровно в назначенное время вышла из подъезда и осмотрелась. Алексей, с кем-то оживленно беседовавший по телефону, заметил ее и, завершив разговор, пошел навстречу.

У Лены перехватило дыхание – он будто сошел с обложки журнала. Темные льняные брюки и белая рубашка, расстегнутая на несколько пуговиц, придавали образу небрежность. Рукава были подвернуты почти до локтя, открывая взору загорелые руки с порослью темных волосков.