Избранные стихотворения

Избранные стихотворения

Петр Филиппович Якубович

«…О, подлое, чудовищное время

С кровавыми глазами, с алчным ртом!

Година ужаса!.. Кто проклял наше племя,

Кто осудил его безжалостным судом?..»

Петр Филиппович Якубович

Избранные стихотворения

Из песен о молодом поколении

1

Я пою для тех, чьи души юны,

Думой скорбной чело не объято.

Музой был мне – сумрак каземата;

Цепь с веревкой – лиры были струны.

Вам – заботы об искусстве строгом,

Вам, певцы любви и ликованья!

Я пою великие страданья

Поколенья, проклятого богом…

    Июль 1884

2

Сказочный город

(Посвящается С.

Говорят, этот город красивый –

Город, проклятый богом самим!

С вечным гостем – туманом седым

Над равниной реки горделивой,

Обнесенной гранитной стеной,

С пышным рядом дворцов величавых,

С цепью дел вопиющих, кровавых,

Он – тюрьма, он – мертвец ледяной!

Но любовью болезненно-страстной

Я люблю этот город несчастный.

Широта бесконечных лугов,

Дикий сумрак гигантов-лесов,

Тихо спящих над сонной рекою,

Милый Север с его красотою,

Одичалой и гордой, – он весь,

Край родной, отражается здесь.

Тут без роз и без песен весна;

В белый саван наряжены ночи,

И от страха не светит луна…

Тяжелеют усталые очи,

Но сомкнуться не могут для сна –

С диким ужасом вдаль напрягаясь,

Где таинственно, странно сплетаясь,

Тени мрачные движутся… стон

Тихий чудится… Бред или сон?

А январские темные ночи

Над закованной в цепи Невой,

Когда яркие звездные очи

Смотрят в душу с тоскою немой…

И за ними приходит без шума

Безотчетная скорбная дума…

А поодаль роскошный чертог,

Где пирует земной полубог,

Словно спорит в сиянии с ними,

Весь облитый огнями земными…

Эти ночи нельзя не любить!

Или день, ослепляющий блеском!

Иль толпы бесконечную нить,

Когда с странно рокочущим плеском,

Как в реке за волною волна,

Проплывает куда-то она!.

Даже грозно-немые твердыни,

Где во имя великой святыни

Столько мук, страшных мук без конца

Горделиво, без слез принималось,

Столько сил молодых разбивалось,

В темноте гробовой задыхалось,

Не прося и в грядущем венца, –

Даже эту глухую твердыню,

О друзья, я люблю… как святыню…

В этих каменных глыбах – и он,

Лучший друг моей юности бедной,

Был свирепым врагом погребен.