Земля и воля. Собрание сочинений. Том 15

 – Думается мне, что на семью по паре саней надо под все необходимое: одежду, муку, посуду, флягу масла постного да по ящику молосного. Все, что касается домашнего имущества, пусть бабы понапишут, ведь вплоть до иголки надо. Это их дело. А по хозяйству: на сани плуг, борону, цепы, решета, жернова, передок и задок от телеги с колесами, телеги там соберем. Топоры и пилы дополнительно. По мешку соли и сахара по несколько голов. Семена пшеницы и круп, огородных овощей, а вот картошку как довезти – думать надо.

Заморозим – пропадем без картохи. Литовки, вилы, грабли там сделаем, железа листового для печей, круглого для граблей. Гвозди.

– Струмент нужен весь в комплекте, раму связать, дверь собрать, – озаботился Семен Киваев.

– Верно.

Кирилл Банников подсказал:

– Горно бы надо прихватить да наковальню с кувалдой.

Семен Киваев посоветовал:

– Вот ты, Данилыч, и попросил бы у кузнеца Федула Федуловича.

Банников покачал головой:

– У Федула не взять, а вот у кума моего на гумнах есть маленькая кузница.

Может, продаст?

Банников замахал руками:

– Да ты что, а вопросов сколько: куда да зачем? Нет, надо воровским путем.

– А ты поедешь? – спросил Захар Смолин.

– Куда деваться, поедем вместе. Ночи будут светлые, разберем.

– Надо бы вороток взять, снег сойдет, вдруг воды не будет? На первый случай скважину пробьем, потом уж колодец рыть, – заметил Евлампий Лепешин.

– Мужики, поедем мы еще по холодам, а у многих дети малые.

С емя как быть? Тут оставить? – улыбнулся Егор Киреев.

– Молодец, Егор, вовремя напомнил, – кивнул Мирон. – Надо пару кибиток сделать, как у степняков. Тесовый каркас, изнутри и снаружи кошмой обшить. Можно маленькие печки склепать, если холодно будет – подтапливать.

– Да и орде тепленькое питание надо, двухлеток мерзлое мясо глодать не будет.

Мирон подтвердил: сделаем, как надо. И тут же спросил:

– Что с хозяйством делаете? Зерна много осталось?

– Дивно. На рынок вести далеко, я, к предмету, сдаю на ссыпной, рассчитывают бумажными, но договариваюсь, меняю на червонцы, – поделился Киваев.

Фома Гордеич обратился к Мирону:

– Почти у всех осталось семенное зерно, с собой не утащишь, и бросать жалко. У тебя связи в уезде, найди сбыт, оптом отдадим подешевке. Наши семена знают.

Мирон кивнул:

– Завтра доеду до красноярских мужиков, у них в прошлом году семенники дождем прихватило. Думаю, что заберут.