Уроды. Повесть о любви

– Не, братан, в самом деле, расскажи корешам, как тебя, – настаивал Серега, явно гордящийся таким другом.

– Я танкистом был, – неохотно начал Кусков. – Попали в засаду, мой танк подорвался на мине. Контузия, люк открываю – сверху очередь, еле выбрался. Спасибо лейтенанту, командиру моего взвода, он меня затянул под броню. Отстреливались, пока были патроны, потом чехи из гранатомета шарахнули… очнулся я только в госпитале. Из нашей роты только я и остался. Лейтенант тоже погиб.

– Да, блядь! – прокомментировал Серега.

 – Вот козлы, жаль меня туда не отправили, я бы их голыми руками душил… и генералов этих тоже бы душил.

Кусков нежно поглаживал томагочи. Игрушка вдруг, запищала и он судорожно начал тыкать пальцами в кнопки, чтобы унять звук. Методом проб и ошибок он уже успел освоиться с этой нехитрой электронной игрушкой. Серега и мужики тоже обратили внимание на звук.

– Это у тебя что?

– Томагочи Клаша.

Серега, увидев пластмассовую коробочку, снисходительно глянул на друга, приобнял его за плечи и покрутил пальцем у виска, собутыльники прыснули.

Один из них с интересом, как будто только сейчас увидел квартирку, огляделся. Потом встал и уже с большим вниманием прошелся по комнате, заглянул на кухню, покрутил в руках бронзовую статуэтку и сунул ее за пазуху. Кусков в это время отъехал в туалет, и мужичок подсел к Сереге.

– Серега, он, один черт, ни фига не видит, давай у него что-нибудь возьмем, что продать можно.

Серега хоть уже и был сильно пьян, но возмутился:

– Ты совсем уже, он же друг детства.

Я тебе за него башку снесу.

Собутыльнику не понравился серегин тон, и он огрызнулся:

– Ага, снес уже один. Вот, например, вазочка, ее точно можно толкнуть за хорошие бабки. Нафига ему ваза? Или вот приемничек с телеком. Ну, ладно, радио, а телевизор ему зачем, он ведь слепой. Если творчески подойти, то тут основательно можно все проредить.

Серега вдруг взвился свечой и набросился на кореша с кулаками: «Я сейчас тебе зубы прорежу».

Завязалась короткая драка, причем второй собутыльник оказался не на серегиной стороне.

Когда в комнате появился Кусков, то на полу в крови лежал только пьяный друг его детства Серега. Если бы он мог видеть, то заметил бы, что с новыми знакомыми из квартиры «ушли»: материна вазочка, бронзовая статуэтка, пара алюминиевых кастрюль и, наверное, еще что-нибудь, о существовании чего Кусков даже и не догадывался.