Собака. Рассказы

Он любит рассуждать о времени, но при этом опаздывает к началу приема, к тому же он ненавидит часы.

Как-то Фил в приливе благодарности вручил ему семейную реликвию, оставшуюся от деда, с дарственной надписью от пехотного командира. Вельбович презрительно скривился:

– Не переношу как часы, так и пехотных командиров. Ну зачем мне такая память о каких-то головорезах!?

– Святыня! – воскликнул Фил, вспоминая слезы бабушки, когда она стирала пыль с часов, – память о подвигах советских солдат над фашистскими захватчиками! Вторая мировая – это же… это же неприкосновенно…

– Мистификация ваша вторая мировая.

Обман наивных глупцов. Кто вам этих сказок понарассказывал? В школе воспитывали что ли? Пехотные командиры! Обыкновенные живодеры, – доктор подернул плечами, тем самым выдавая, что и у психотерапевтов бывает нервная система.

– А как же память о подвигах? О замученных фашистами героях? Зоя Космодемьянская, Александр Матросов…

– Вы еще Павлика Морозова вспомните, с вас станется! – усмехнулся Вельбович, – еще неизвестно кто кого замучил.

– Ну вы даете! – изумился Фил, – а газовые камеры? А тысячи замученных еврейских детей!?

Доктор Вельбович посмотрел на Фила поверх пенсне:

– А вот про еврейских детей напомните мне чуть позже. Кстати, я сам – еврейский ребенок.

Фил посмотрел на часы: без десяти два. Что за черт! Только что было полпятого! Или он ошибся? Нет, не ошибся, стрелки часов, увеличивая скорость вращения, неслись в обратном направлении.

Интересно, как поступит доктор Вельбович: подсунет очередной тест, и снова начнет обвинять в недостоверности ответов или просто наморщит лоб, закурит и, медленно растягивая слова, скажет:

– Вы слишком фиксируете внимание на вибрациях. Отвлекитесь, расслабьтесь. Привстаньте на носки, а потом резко опуститесь на пятки. Всей тяжестью своего тела.

Почувствуйте силу земного притяжения, и устоите на ногах. Почувствуйте же наконец почву у себя под ногами! И вам перестанет быть страшно. Носок-пятка – вот и вся премудрость. Кстати, как у вас с мочеиспусканием? Не бывает по ночам неожиданностей?

Взгляд у Вельбовича невозмутимый. То, что его интересует в первую очередь, он спрашивает как бы между прочим, – а цвет вашей мочи не менялся в последнее время? Нет? Уже хорошо.