Срывы в постмодерн. Повести

И никогда нельзя быть уверенным, что в следующий миг не сорвёшься и не помчишься по узким ступенькам винтовой лестницы вниз, чтобы кинуться к её ногам!

Сэмюэл бежал и спотыкался, бежал и сомневался, бежал и боялся, что Миранды в саду не окажется, бежал и ругал себя, что не спустился сразу же как только заприметил голубое мелькание, бежал и молился, чтобы она дождалась его, бежал, казалось целую вечность, и внизу это был уже совсем другой человек, столько потерявший и столько приобретший. И вот, распахнув дверь, он вырвался в сад.

Ночная прохлада хлынула в его лёгкие и чувства. Он сделал несколько вдохов про запас и пошёл к фонтану.

Его любимая лежала на земле и смотрела в небо. Сэмюэл потихоньку устроился рядом. Волосы Миранды разметались по искристо-платиновой траве, а милое личико выражало лёгкую тревогу, через которую всё же просвечивала безмятежность.

– Это твоё созвездие? Наверное, я не должна его знать… – Миранда оторвала взгляд от звёзд и повернула голову в сторону Сэмюэла, который сидел возле неё на прохладной траве.

– Сейчас зазвонит телефон и мы проснёмся, или изменимся, или что-то произойдет…

– Я не верю в телефоны… и в будильники. Сейчас XVII век, – Миранда засмеялась, а Сэмюэл чуть дышал. Он боялся нарушать её личное пространство, но то, что он чувствовал было полной гармонией, и ни о каких нарушениях, кажется, не могло быть и речи. Мгновенье длилось и длилось, приобретая такое стойкое звучание, как долгий целительный сон. Это та самая ночь, которую ждёшь всю жизнь.

А если не ждёшь, то только потому что думаешь, что таких не бывает. Небо было тёмно-зелёным с фиолетовой тайной. Воздух спускаясь, переливался из трелей фонтана в шелест листвы и обратно в небеса. По-истине прекрасная ночь – какая награда за все муки любви, какая награда!

– Ты получил мой подарок? Я послала тебе бандероль, – спросила Миранда, когда больше было нечего скрывать.

– Я не успел, но я знаю, что в ней было: там был шанс на другую жизнь.

– Для нас другая жизнь может быть в этом мире.

Потому что я люблю тебя. Теперь я точно знаю, что это самое важное, – Миранда протянула к Сэмюэлу руки… любить друг друга как самое важное… и он хотел любить Миранду, но тогда обратного пути уже не будет.

8. Обратный путь

Утро. Туман. Жуткий туман. Галеон плыл по волнам по встречному ветру. Паруса упрямились, но какая-то неведомая сила несла Да Винчи в определенном направлении. Со стола каюты покатившись упал карандаш.