Призрачное очарование осени. Женские рассказы

Свежий ветер наводил рябь на плавно покачивающуюся поверхность воды. Легкая волна плескалась в прибрежных камнях. Повсюду валялись пучки водорослей, створки мелких ракушек. Вздохнув полной грудью, Анна улыбнулась. От воды шел запах простора и свободы.

Анна смотрела вдаль, задумавшись о чем-то своем, слушая шелест волн и крики чаек. Но вот за спиной раздались голоса людей, послышался смех, окрик боцмана. Анна еще раз вздохнула с удовольствием и, не оглядываясь, прошла по большим камням ближе к воде, зачерпнула ведром, выпрямилась и… едва не упала, столкнувшись с Мишкой.

Ведро ударилось о его ногу, вода вылилась, намочив и штиблеты, и брюки, а заодно и ее юбку.

– Ой! Простите…

– Да ничего, это я сам виноват, – Мишка, ретируясь, улыбался, поглядывая на смутившуюся женщину исподлобья, – хотел помочь…

От его слов Анна растерялась еще больше. Помочь… Не замечала Анна до сох пор, чтобы рыбаки помогали женщинам ведра с водой носить. А незнакомец, выпрямившись, не спешил уходить. Анна быстро взглянула на него и утонула бы в его глазах, если бы не отвела взгляда.

Сердце зачастило в груди, кровь прилила к щекам. А мужчина широко улыбнулся, открывая крепкие белые зубы. Морщинки пробежали по загорелому лицу, задержавшись в уголках глаз.

– Меня Мишкой зовут, – он протянул руку, – давай ведро!

Анна отдала пустое ведро и хотела пройти по камням, но нога соскользнула с первого же, и крепкая рука обвила талию.

– Осторожно, камни мокрые, – чарующий голос у самого уха едва не лишил Анну сознания.

Голова закружилась от необыкновенно притягательного мужского запаха, жаром обдало все тело. Женская сущность, жаждущая ласки и спящая последние годы в глубине души, пробудилась в Анне. Но гордость напомнила о себе.

– Отпустите! Что это вы хватаете незнакомых женщин?!

Мишка нехотя опустил руку. Набрал воды, сунул ведро Анне и забалагурил, как всегда.

– Держи, незнакомая женщина! Вот, хотел помочь, а получил от ворот поворот! Так, может, познакомимся?

Анна негодовала.

Слезы собрались было выплеснуться из глаз, но она сдержала их, задрала нос, сжала губы и процедила:

– Шел бы ты своей дорогой, помощник… мне до тебя дела нет.

В словах Анны было столько желчи, что Мишка опешил. Не так представлял он себе знакомство с «чайкой», как про себя окрестил незнакомку, еще вчера впечатлившую его.

– Вот и познакомились… очень приятно… – тихо проговорил вслед удаляющейся гордячке.

Мишка ходил сам не свой.