Паутина безвременья

Мы с девчонками изобразили, как будто чокаемся, на что ребята шикнули на нас:

– Курсанты не чокаются, декан услышит!

Я плохо разбираюсь в объемах спиртных напитков, но мне показалось, что в стаканчике налито было очень мало. Зато моему организм доза показалась большой. Через пять минут по моему телу растеклось тепло и стало очень хорошо и свободно. Веселье потекло само собой. Мы шутили, рассказывали байки о том, кто как поступал и готовился к учебе. В какой-то момент я оказалась сидящей на чьей-то кровати рядом со старостой.

– Даш, только честно, что у тебя происходит с моим крестным? – негромко задал вопрос Альберт, так, чтобы он достиг только моих ушей.

– С крестным? Я не знаю твоих крестных! И ты разве не мусульманин, судя по имени и фамилии?

– Мой отец был татарином, а мама православная. И она меня крестила по своим обычаям после его смерти, так как боялась потерять и меня. Поэтому у меня есть крестный, который доводится ей дальним родственником.

И фамилия у него Маурер, зовут Эдгар Вальтерович. Хочешь сказать, что не знаешь такого? И смотрит он на тебя, как на свою собственность неизвестно почему?

Я вспыхнула как маков цвет.

– Ну почему же не знаю, знаю. Сегодня на доске увидела фотографию преподавателя с такой фамилией,– не стала отпираться, – пару раз по жизни мы пересекались. Он однажды меня даже спас. Но кто он такой не знала. Вчера вы так бурно с ним беседовали, что я решила это твой отец.

Ты же сам его папочкой назвал. И я ему не собственность! И почему он на меня так смотрит, понятия не имею и прав таких не давала.

Альберт усмехнулся на мою проповедь:

– В тринадцать лет редкий мужик решается завести ребенка.             И Эдгар

не исключение. Я за все годы его с женщинами рядом даже и не видел, хотя они на него западают. Иногда я даже задумывался о его ориентации. Хотя поводов он, честно говоря, не давал. И вдруг появляешься ты. Он знает, как тебя зовут, провожает твою фигуру взглядом.

И что я должен был думать?

– Алик, я честное слово не знаю, что ответить! – пожала в ответ растерянно плечами. При этом вслух сказала одно, а сердце радостно затрепыхалась от слов парня. Значит, моя персона точно не осталась незамеченной! И ему всего тридцать три года, определила я, произведя несложный математический расчет. Пятнадцать лет разницы это, с одной стороны, не мало, но и не критично.