Погрешность. Книга стихов

И знать не зря мне намешали дряни,

И чашу поднесли не зря ко рту,

Чтоб я кому-нибудь с такими же стихами

Подсунул книгу во вселенной на краю.

«Давай порадуемся морю!»

Давай порадуемся морю!

Махнём его через плечо

И поплывём к его покою,

Где всходит солнца колесо.

Там, обрубив концы земному,

Определимся в чистоте

И, сбросив всё в морскую воду,

Оставим море на плече.

«Как быстро закроется небо…»

Как быстро закроется небо,

В которое мы влюблены,

И дождь вдруг пощёчиной серой

Хлыстать станет кроны листвы.

Мы спрячемся в старом подъезде,

Намокшие до неприличья,

И наше с тобой паденье

Оценивается тёмным затишьем.

Мы будем с тобой согреваться,

Прижавшись тесно плечами,

И люди с квартир ополчатся

С нескромными к нам речами.

Но мы не услышим их бреда,

И мокрых волос твоих дикость

Я буду терзать до победы,

Пока наша страсть не утихнет.

И вот уже небо над нами,

В которое мы влюблены,

Прольётся на нас вновь лучами

И запахом свежей листвы.

«Моя любовь с пустым ведром дорогу переходит…»

Моя любовь с пустым ведром дорогу переходит,

Я говорю ей: милая, постой,

Тебя разлучница по косогору водит,

Спустись к ручью, к водице ключевой.

Ты зачерпни и дай умыться мне,

Сама взгляни на наше отраженье.

Вся суть в серебряной воде —

Снять с наших лиц дурное настроение.

Мы привыкаем, мучаясь, к рутине,

Где всё уже, как старая кровать,

Обращено к истерзанной пружине,

Скрипит и стонет, не давая спать,

От свежести светлеют имена,

Вода созвучней наших с тобой ссор,

Есть волшебство от полного ведра,

Давай я сам спущусь за косогор.

«Самообман, положенный на лист…»

Самообман, положенный на лист,

Вдруг начинает грызть из середины,

И я стараюсь, как плохой артист,

Играть сюжет незначащей картины.

Не получается, и вот погнали прочь,

За перебранку с собственной душой,

За зря исписанную ночь

Мне незнакомой голубой луной.

Потом я надеваю бледный вид,

Намазываю колер пораженья.

Рву в клочья свой конфузный лист

Написанного стихотворения.

И начинаю заново корпеть,

Впрягаясь в утреннюю слякоть.

На всё уже по новому глядеть

И выжимать лирическую мякоть.

Самообман прикончил тут же степлер,

Одним щелчком со сладкой зевотой,

И правильно мне угодивший вектор,

Волнует душу силою живой.