Новые соседи. Рассказы – Новеллы – Миниатюры

Чем кормить тебя буду, горе, ты моё? Но к Оне не пойду, она барыга проклятая, прости, Господи, разденет прилюдно…

– Ма, да не переживай! – важно сказал Валька, – завтра я пару вёдер очисток продам коровнику, считай, на хлеб и молоко у нас есть, вершу проверю на речке, рыбки пожарим, ушицу сварганим…

Домой возвращались уже в полной темноте: в августе ночи становились прохладными, но с яркими звёздами и туманными завихрениями далёких галактик. Валька терзал маму про звёзды, а та смеялась:

– Да, что ты, сынок, у нас в деревне некогда учиться было, семьи по десять человек, кто нянчиться с малышами-то будет, мамке помогать с коровами, поросятами да птицей… Это ты учись да потом будешь мне рассказывать про небо и звёзды, про большие тайны.

Только будь здоров на года да мамку не забывай…

Валентин всё успел сделать с утра: отнёс картофельные очистки хозяину коровы, получил два рубля, сбегал на речку проверить вершу, принёс двух налимов да щучку на полкило.

По дороге, заодно, зашёл на кухню в общаге и в пустые вёдра вывалил из бака новые очистки от овощей для коровы. Когда вернулся домой, почувствовал дурманящий запах грибного супа. Мама в СУ перемыла полы и уже успела сварить рыжики, которые насобирал Валька. На столе стояла самая большая тарелка для первого блюда, после смерти отца её почти не доставали из буфета. Мама в цветастом переднике, в новой косынке хлопотала у плиты, расположенной в углу комнаты. Улыбаясь, позвала сына:

– Иди, иди ко мне! Прямо с папиной тарелкой, щас любимого супчика налью… Не спеши, я донесу до стола сама, чтоб не разлил да не обжёгся. Вот так и будем жить, сынок, и никто нам не нужен…

– И к пузатому больше не пойдёшь, ма? – Валька не мог не спросить, но по маминому лицу понял, мог бы и не спрашивать, – вот два рубля! Это обещанные, думаю, завтра тоже два заработаю, очисток уже полные вёдра! – немножко расхвастался сын.

– Спасибо, хозяин ты мой! Как супчик? – спросила мама.

– Обалденный! Но почему на молоке? – не удержался от вопроса сын.

– Вся деревня у нас так варила, только на молоке рыжики готовили, – мама села напротив сына и, подперев голову рукой, смотрела, как он ест, переводила взгляд на два мятых рубля, лежащих на скатерти, на три рыбины, уложенные в продолговатую тарелку и тоже разместившуюся на столе, и не могла сдержать счастливой улыбки.