Сон в летнюю ночь

Никто тебя уже не ждёт… Может, думают, погиб, может, попал в плен, да мало ли, принял ислам, завёл черноглазых ребятишек…»

Аккуратно поставив на полку колбочку, наполненную до половины розоватой жидкостью, он лениво поинтересовался:

– Что, интересно?

– А? – рассеянно переспросил Степаныч, и тогда Яша повысил голос:

– Какого лешего ты нацепил этот дурацкий галстук?

Даже не оглянувшись, Степаныч беззлобно огрызнулся:

– Я же не спрашиваю тебя, зачем ты обряжаешься в клоунский балахон и сюсюкаешь, как пятилетний! Зачем постоянно меняешь голос? А галстук я надел для солидности.

Чтобы выглядеть, как представитель из центра.

– Да, страху ты нагнал… А в рубашку стиранную облачиться не догадался?

– Да нормальная она, – отмахнулся Степаныч, – третий день только ношу, – он втянул голову в плечи и снова уставился на девушку. Не хотелось отвлекаться, тратить время на пустопорожние разговоры. Мало ли, когда его ещё пригласят в эту полоумную секту.

Наблюдая за неподвижной девушкой, он надеялся понять, в какой именно момент программа, хранившаяся до этого в специальной ампуле, переходит в новый носитель. «Ну, давай же», – мысленно подгонял он жидкий чип, – «давай же, переселяйся в эту чёртову красотку».

Яша решительно просеменил к кушетке и встал рядом. Наступала пора объяснить своему ученику кое-что новое. Он изловчился и пребольно ткнул его между рёбер.

– Ты чего? – вскрикнул от неожиданности Степаныч и обернулся.

Взгляд его тут же уткнулся в маленького и торжественного Яшу, который медленно и обличительно поднимал свой палец по направлению к голове девушки.

– Ну-ко, сказывай мне, кто, по-твоему, здесь лежит?

Степаныч вздохнул. Гном любил время от времени менять манеру говорить. Особенно, когда он хотел напомнить Степанычу, кто здесь главный. Сейчас он перешёл на излюбленный уральский говорок.

– Ну, кто, кто лежит…– осторожно ответил Степаныч, – Непочтительная.

Так, вроде, вы их тут обзываете?

Но Яша презрительно поправил:

– Здесь лежит ещё один испорченный продукт.

– Да ладно! – искренне изумился Степаныч, – вроде, симпатичная, только худая больно…

– Да девка-то справная… Только почему-то, как две капли воды, похожая на предыдущую. Эти «справные» у нас тут плодятся, как грибы после дождя.

– Да, – равнодушно согласился Степаныч, – все похожи, как с конвейера.