Сочинения. Том 6

) Да, пожалуйста… Нет, не нужно больше звонить… пожалуйста… (Громко.) Постойте, алле… я хотела… я только хотела спросить, у вас там дождь идет?.. (Пауза.) Никакая я не сумасшедшая. (Кладет трубку.) Просто не люблю этих телефонных разговоров. Боюсь. Не люблю и боюсь… Ну, так скажем, побаиваюсь.

Затемнение.

Дождь.

Картина пятая

Растопчина и Ларкин в шезлонгах.

Долго звонит телефон. Без ответа. Звонки прекращаются.

ЛАРКИН С утра жег кое-какие бумаги… (Выжидающе смотрит на Надежду Сергеевну.

) С утра жег кое-какие бумаги и думал – За что мне все это?

НАДЕЖДА (Со вздохом.) Что?

ЛАРКИН Неужели вы не понимаете о чем я говорю?

НАДЕЖДА Масса предположений.

Пауза.

ЛАРКИН Одиночество. Я теперь говорю об одиночестве.

НАДЕЖДА Ну, не так уж вы и одиноки.

ЛАРКИН Я не одинок? Это я то не одинок?! Я – самый одинокий в мире человек!.. Вы знаете, сколько у меня детей?

НАДЕЖДА Раз вы говорите детей, значит, как минимум двое.

ЛАРКИН Двое? (Смеется.) Пять душ! Пять душ!.

. Старший уже совсем большой… Звереныш. Чистой воды звереныш. Молчит все время. Бандитом будет… Но я люблю его. Я их всех люблю… У вас есть дети?

НАДЕЖДА Нет.

ЛАРКИН Плохо, очень плохо. Дети нужны. Дети – это праздник. (Смеется.) С фейерверком. (Смеется.) И икотой. (Смеется.) Так вот, нет таких отцов, которые любили бы своих детей, так как я. Об этом знают все. Ну, разумеется, те, кто знает меня близко… А близко, дорогая моя Надежда Сергеевна, не знает меня никто. Это, уж, будьте уверены… По-моему какой-то парадокс получился… немного путаюсь.

НАДЕЖДА Это – ничего.

ЛАРКИН Но вы должны понять меня, я с вами как на исповеди.

НАДЕЖДА Конечно, конечно.

Пауза.

ЛАРКИН Я люблю их, но я не могу избавиться от ощущения, что люблю… пустоту… Знаете ли вы, что такое любить пустоту? Знаете, конечно, знаете, вы тоже любите пустоту, не правда ли?.. Я не обидел вас?.. Я обидел вас или попал в точку?

НАДЕЖДА Мне нужно подумать.

ЛАРКИН Так вот, никто из них не знает, где находится у меня сердце.

(Смеется.) Правда я и сам не знаю. Иногда мне кажется, что оно находится у меня справа. (Смеется, вдруг становится серьезным.) Но оно болит! То здесь, то там… Блуждающее сердце… И как болит, дорогая Надежда Сергеевна!.. Я знаю, что скоро умру, и эта мысль согревает мне душу.

Пауза.

НАДЕЖДА Вы говорите страшные вещи.

ЛАРКИН Нет, совсем не страшные, совсем не страшные… Я же не зря упоминаю все время Гоголя Николая Васильевича.