Лего по Фрейду. Почти порнографический роман

Илья стал запутываться в волосах, они забирались под гидрокостюм, лезли под маску на лице, в нос и сковывали ноги невесомыми путами. Подводный компьютер на руке предупреждающе заверещал, сигнализируя о предельной глубине и критическом снижении давления в баллоне с дыхательной смесью. Руки не слушались его. Нож никак не нащупывался, он просто не мог дотянуться до икры ноги, где крепились ножны. Волосы-ленты окутали и спеленали его тело. Дыхание жгло трахею. Пульс выстукивал в висках сигнал SOS: три точки, три тире, три точки… и снова три точки, три тире, три точки.

Компьютер уже не трещал, а заходился надрывными очередями, как отбойный молоток в руках неумелого гастарбайтера. Надо было всплывать, но путы прочно держали его. Надо бы отстегнуть грузовой пояс и попытаться всплывать, невзирая на критическую глубину и опасность кессонной болезни. Но руки не слушались его. Он видел со стороны своё сопротивляющееся тело, но ничем не мог себе помочь. И тут он понял, что сопротивление бесполезно. Оно и не было никогда полезно, в нём не улавливалось никакого смысла. Надо принять и отдаться тому, что происходит с ним. Отдать себя в руки Провидению, Судьбе, Карме или Богу… Или Женщине? Наконец он сумел дёрнуть пряжку грузового пояса. Тот соскользнул вниз, прощально мелькнув в водорослях, и исчез в чёрной пустоте глубины. За ним последовали сброшенные баллон с жилеткой компенсатора. Куда-то делись и гидрокостюм, и компьютер. Он всплывал, совершенно голый проходя через разность чередований термоклиньев. Ему было то холодно, то жарко. Наверху расползалось всё ярче и ярче светило. Воздуха в лёгких уже совсем не осталось. Он задыхался, с надеждой отсчитывая каждый сантиметр до спасительной поверхности. Голову разрывали пузырьки азота, возомнившие себя благородными составляющими игристого шампанского, и гормоны. Успеть бы… успеть бы. Ещё совсем немного. Ещё усилие… и вот она, поверхность. Он понимал, что не выдерживает и начинает пытаться дышать под водой, отчего та набирается в лёгкие. Он уже терял сознание. Ещё чуть-чуть. И тут его выкинуло на поверхность. Оказавшись в привычной среде, он судорожно вздохнул, крик вырвался вместе с ним на воздух. Взрыв произошёл в черепе. Активный кислород ворвался в его лёгкие, окисляя молекулы азота, пережигая газовую смесь тримикс, которой он дышал на глубине, и выгоняя остаточный адреналин. Он ничего не чувствовал… кроме счастья. Счастья ЖИЗНИ… И какое-то грустное опустошение с отголосками тревоги.