Сочинения. Том 1

И если бы у меня не получилось организовать семейную жизнь в этот срок, вряд ли мы с ней прожили бы так долго.

Вера

Вера – рыжая. Именно, что не шатенка, а рыжая. Хотя глубинный мир ее черен и непостижим, из чего следует, что рыжие – это разновидность брюнеток. У нее меловая как у матрон Мемлинга кожа и голубые ручейки на висках. В ее глазах, на самом дне рассыпан темный морской песок. Это не метафора. Это действительно так. Тому есть доказательства. Песок вызывает естественное раздражение ткани, и к вечеру ее белки покрываются розоватыми жилками.

А веки краснеют. Когда Вера волнуется, волнуется и песок. Для того чтобы увидеть песок, в тот момент, когда она возмущена или расстроена, нужно внимательно и без отрыва смотреть ей в глаза. В таком случае можно наблюдать, как он волнуется. Вместе с ее волнением меняется узор. Меняется узор. Меняется узор. Меняется узор.

Во время соития, Вера нередко закрывает глаза, и наблюдение прерывается.

Физиолог обязан быть наблюдательным.

Физиолог просто обязан быть пытливым. Но это, к сожалению далеко не все понимают.

Перед погружением

Перед погружением уже голенький Алеша Ягнатьев… Алеша Ягнатьев, уже голенький…

Вера

Веру очень раздражало, когда я производил вышеописанные исследования. Я понимаю ее. Вере, как и всякой женщине, хотелось, что бы в минуты ее гнева, я метался по комнатам. Или укладывался на диван, отвернув голову. Или плакал. Или еще что-нибудь в этом роде.

Иногда, чтобы утешить ее, я так и поступал. Но, признаюсь, не всегда. Часто любознательность побеждала, и я вновь принимался всматриваться в удивительные ее глаза.

Перед погружением

Перед погружением уже голенький Алеша Ягнатьев насколько это представлялось возможным при его невысоком росте, но малом пространстве между стеной и ванной, уселся прямо на ледяной кафель, согнув ноги в коленях и упершись теменем в хитросплетение покрытых испариной труб, – Наверное, нечто подобное испытывают узники в одиночных камерах.

Алеша

Вот как плохо ему теперь! Вот как мал и беспомощен мой Алеша Ягнатьев!

Не то, что мал и беспомощен, нет его вовсе. Не просто нет на работе – совсем нет. Такая степень беспомощности.

На работе его действительно нет. Три дня. Целых три дня! Без предупреждения. исчез человек и все.

Что можно подумать? Да все, что угодно. Время трубить, бить в барабаны, пускать ракеты! Исчез человек.