Москвичка в кавычках

Ну, а потом в «Росконцерте» и наступило то самое посадочное время, которое и швырануло нас на просторы Чечни, а вышвырнуло оттуда вместе с солидными неприятностями. И заметался наш герой в гастролях по все стороны, а я вместе с ним. Он весь в ужасе заметался от страшного страху, аж затрясся весь. Я тоже очень сильно бздела, но он не понимал, как это и я могу бояться?

А случилось вот что…

Из Чечни выдвинулся наш оптовый покупатель и устроил большой бздым! Он раскопал, что ящик уже вскрывали. Грозный город маленький – до него доползли гостиничные слухи.

Он явился получать с нас и за свой «Панасоник», и за видюшник, и за кассеты, не собираясь возвращать их обратно вообще. Решил наказать нас по-своему, по-чеченски. Умножил сумму аппаратуры на пять и прибавил туда же штраф. Нормально? Решил нас вот так поиметь за всю масть в определенно сжатые сроки!

Я схватилась за голову…

Но тут вдруг к нам, как спасательный круг, вечером явилась Лидушка и предложила провести Фестиваль на берегу моря, точнее, просто отдохнуть за государственный счет.

Лидушка условно присвоила очень пафосное название этой халяве: «Мастера советской сцены – мастерам высоких урожаев"!

Так мне подфартило спрятаться от чеченского покупателя на целое лето, ну, а Толик должен был смываться из Москвы сам и сам организовать своему коллективу гастроли. Крику было два дня на весь дом! Я смываюсь, а его бросаю под танки! Как будто это я всю ту жуткую канитель организовала… Распечатала видеотехнику и на весь Грозный раздавала всем желающим свои понты!

Отъезд мой превратился в полноценный семейный скандал, украшенный упреками, обзываниями и распусканием рук.

Гулять я, оказывается, туда собралась, мужу изменять, а не спрятаться от грозного чеченца! Билет на самолет тут же вылетел в окно (я нашла его потом только с помощью Абалденной Девушки Наташки).

Постепенно Толик успокоился. Под зазывные намеки и подмаргивания Наташки накрылся прощальный стол. Вначале все шло хорошо. Наташка, как всегда стоя во главе стола, рассказывала нам о том, как она отдыхала на море в незабвенном 1961 году, когда была маленькой девочкой.

Потом перешла на рассказ о своей подруге, которая на юге нашла себе мужа хорошего. Дали дурище слово, вот ее и понесло….

На такое выступление Толик вдруг озверел, и тут фарфоровый заварочный чайник, двухлитровый, среднеазиатский, с восточными цветочками, полетел прямо в меня. Представляете?

Сокровище был целким малым.