Москвичка в кавычках

– Слушайте! Как же вы его потом, такой тяжеленный, со дна вытаскиваете? – с ужасом выспрашивала я, – да ещё и заселенный телом?

– Не волнуйся! На дне тебя жить не оставим! Ты там всех рыб нам перепугаешь!

Самый первый раз я долго жмурилась, вздыхала и охала, а когда спрыгнула с лесенки в неизвестность, от страху глаза очень сильно зажмурила (мой любимый страусиный прием), с жизнью распрощалась навсегда и даже весь воздух из себя, почему-то, выдохнула.

А там! Мамочка родная – красота-то какая!

Я минут десять без движения стояла, так меня удивлением ошарашило.

Вот это сказка, так сказка! Никогда бы не подумала, что зеленовато-грязновато-бирюзовое море в себе скрывает такое!!! Все цвета радуги качались вокруг меня всеми существующими на свете переливами. По дну блики разноцветные моргали. А в воде рыбки плавали. Рыбки в воде, это как птички в небе, точно так же крылышками-плавниками махают, только разноцветнее намного, как будто в воде летают удоды, австралийские попугаи и павлины с распущенными хвостами.

Кайф третий: шкара. Это такая еда. Просто, как все гениальное. Ловится такая маленькая-маленькая рыбка, она только в Черном море есть и только в районе Анапы. Ее даже чистить не надо, а просто укладывать ровненькими рядами на дно глубокой сковородки слоями. Слой рыбы, слой лука репчатого, в колечко порезанного. И рядками, сколько глубина сковородки позволяет, потом заливается водой, солится, перчится и на маленьком огоньке медленно тушится.

Едят так: берешь рыбку в руку, снимаешь кожицу, вместе с чешуей, головой, ребрами, и внутренностями, и всю ее в рот! А она нежненькая-нежненькая и во рту тает! Косточек даже не слышно, все утушились.

Вкуснотища! И ты ее потом, под холодную водочку – так идет!.. Не передать словами. Можно только вашим слюноотделением подтвердить мои слова…

Всем вот этим мы артистов и угощали. Колхозами, шашлыками, фруктами, овощами, рыбой, а потом еще вывозили в моря и развлекали. И канатом, и скафандром, и шкарой под водочку с пивом, и винищем в большом молочном бидоне, который отоваривался у одной знакомой селяночки.

Иногда между приездами артистов были однодневные или двухдневные перерывы, и мы не ездили в колхозы, на поляны к кострам, не выплывали в моря…

Отдыхали, типа…

Тогда мы с Лидушкой варили картошку в мундире, вытаскивали из-под наших кроватей ящики, завозимые туда водителями директоров колхозов, с помидорами, огурцами, копчеными курами, дынями и персиками и с удовольствием объедались.