Москвичка в кавычках

Почему тот пьяненький парнишка именно ко мне подошел, ума не приложу:

– Тетенька, купите у меня иконы…

Как вам это нравится? Что? У меня на лбу написано, что я иконами торгую? Или это ментовская подставуха? Соглашаемся. Идем. В каком-то жутком подвале у него такие иконы, что я моментально протрезвела. И давай Саше звонить, чтобы съездил домой к Наташке за деньгами и дул сюда. Я тогда, спьяну, купила целых два чемодана класснейших икон. Там даже одна XV и одна XIV века были и в очень хорошем состоянии.

Но раз на раз не приходится. Иногда в довесок и новодел подсовывали. В какой-то промежуток времени новодела и просто ненужного много набралось. Целых пять чемоданов. Вот тогда-то мои «блэки» и подсуропили мне еще и атташе по культуре. Здоровенный негра, метра два ростом, а мадама евонная метр пятьдесят. Такая кругленькая, как шарик! Но какой у нее был зад! Который целый день колышется, если с утра хлопнуть. Жил господин атташе в дипломатическом доме на проспекте Вернадского.

Дом был огорожен сетчатым забором. Дорогу к нему перегораживала государственная граница в виде будки с ментами.

Когда мадама узнала, что я шью, ее восторгу не было предела! Она сама спустилась к ментам и попросила их, чтобы меня пропускали беспрепятственно. Так я почти легализовалась. Качественно подросла в собственных глазах из проститутки в портниху.

Я никогда ничего лишнего в руках не носила. Туда в пакете неслось платье на примерку, а обратно только деньги.

Иногда много денег. Иконы маршировали на ногах Дока или Джозефа отдельно от меня. Иконы мы отдавали господину атташе «на комиссию», потому что они были не очень. Но даже здесь «авантюрина» хватало…

Однажды пришла я к господину атташе за деньгами от проданных икон. А у него – День Варенья! Пришлось поздравлять, говорить тосты, пить шампанское и по-всякому развлекаться вместе со всеми. Вышла я оттуда часа в два ночи, под шофэ, в пакете пятьдесят тысяч.

А у будки, кроме двух дежурных ментов, стоят милицейский «Уазик» и три постовых… Их, наверное, тоже черт пригнал за очередными звездочками.

Ну, и что делать?

От испуга я так офонарела, что вдруг говорю неожиданно сама для себя:

– Господи, как хорошо, что вы здесь стоите! У меня там, – и показываю на дом за своей спиной, – сестра уже целую неделю живет! А у мамы моей из-за нее инфаркт! Она сказала, чтобы я без нее домой не возвращалась.