ВИА имени Вахтанга Кикабидзе

А то я от скуки дохну.

Пункерами он нас называет после того случая, когда Севка, он на драмсах колбасит[5 - играет на ударной установке], «ирокез» себе сделал, два дня по Верхотурью в таком виде ходил, а потом его пэтэушники за углом центрального гастронома отметелели, Севка неделю в больнице проторчал с переломанным носом.

Короче, Колька-мариман нам про Жору Ордановского первым и рассказал. Мол, есть парень наш питерский, поёт принципиально только на русском, но так отжигает, девки в трусики кончают, «Машина времени» и «Аквариум» кислые щи жуют и пресным пирожком закусывают.

Мы, признаться, инфу восприняли настороженно. Мы, конечно, ребята уважительные, к Макару и Гребню с респектом относимся, но, по нашему, гипсово у них всё, без скрима[6 - scream – высокий и очень резкий вокал, переходящий в крик и визг.]. Ещё, разумеется, Сашбаш[7 - *Александр Башлачёв – русский поэт, один из самых ярких представителей советского андеграунда, трагически погиб 17 февраля 1988 г.

в возрасте 27 лет.] есть, его вообще ни к какой банде не отнесёшь, и не рок и не бард, сплошной нерв оголённый.

Дядя Фёдор целую языковую теорию вывел, русский для народных песен да романсов, интонационный ряд такой, самый раз для балалаечников вроде Утесова, мы ему верим, он студент педик, в смысле два курса в пединституте отучился, пока за драку не отчислили и в армию не загремел. Если же хочешь ёбнуть кулаком по тейблу, только английский подходит, утверждал дядя Фёдор, представь, что Дилан на болгарском запел, и сам начинал ржать своей шутке.

Мы, конечно, дяде Фёдору верим, но когда на английском лабаем, самим тошно и местные кошки врассыпную разбегаются. Дядя Фёдор злится и орёт, что двоечникам надо в школе язык учить, а не папироски в туалете шмалять. Мы бы учили, только у нас за год пять училок английского сменились, выйдут на работу и сразу в декрет, эпидемия, что ли такая.

– Вы когда в Вильнюс отчаливаете? – спросил Колька-мариман.

– Завтра собирались, – сказал я.

– Завтра в восемь вечера, во деревне Саблино, тридцать три версты вдоль фарватера Финского залива, перед сельскими танцами и щупаньем доярок, группа «Россияне», где Жора Ордановский главный, даёт концерт. Поехали, пацаны, Вильнюс подождёт.

– Чего-то название лажовое, – сказал Алик.

– Название для гопников, – согласился Колька-мариман. – Зато позволяет легальные концерты рубить, не святым же духом парням питаться.