Капризное счастье существования. Свободные трёхстишия

[3 - «Секрет» – так называлось детское развлечение (оно изредка встречается и сейчас): положить в ямку красивые бумажки или что-то ещё, закрыть стёклышком и засыпать так, чтобы только ты знал, где это находится.]

Зима. Мороз

День – как объятие самой радости.

Куда же подевались люди?

Пустынно и грустно.

* * *

Ветхий автобус

почти плывёт по российской грязи,

воображая себя кораблем.

Пастораль

Пёстрое стадо коров и овец.

Луг, берёзовая роща.

Только память городская.

* * *

Сентябрьский тополь —

воздушное жёлтое озеро,

плоскими каплями стекающее на землю.

* * *

Терпеливые деревья

по колено в осенней грязи.

Что ж, им не вытаскивать из неё ноги.

* * *

Насквозь прозрачная роща,

серый мартовский снег,

непонятное небо.

* * *

Что собрать в этом ландышевом лесу?

Букетик белоствольных берез?

Забираю на память.

* * *

Ваше Сиятельство Солнце!..

Ваше Превосходительство Гора!..

Ваше Величество Море!.

.

* * *

Пью утренней душой

солнце, растворённое в небе, —

обжигающий зимний напиток.

* * *

Весна играет в зимнее «замри».

Заледенели разливы.

Припорошены прогалины.

* * *

Весело и больно смотреть

на поэтесс и философов, метущих улицы

в золотой опадающей Москве.

* * *

Что это за мягкий пакет, мама?

А, ты сюда собираешь белую шерсть,

расчёсывая нашу любимую собаку…

* * *

Слава славянскому слову,

способному на чудеса,

великому в прошлом и в будущем…

Утром

Спит село Тимашёво

вокруг церкви

с покосившимися крестами.

Капризное счастье существования

Основной цикл этой книги объединяет стихи, написанные преимущественно в 1972 году (только последняя часть – в 1972—1974 годах). Это был, может быть, самый насыщенный год моей жизни. Я познакомился с Машей Романушко, а через несколько дней – с художником Валерием Каптеревым и его женой, поэтом Людмилой Окназовой, которые стали нашими близкими друзьями.

В доме Каптеревых для нас возник целый новый круг творческого общения. Родился мой старший сын Саша. Я побывал в Новосибирске, Кишинёве, Таллинне и в других местах. Прошёл через несколько совершенно разных пластов переживаний. Этот год был – как жизнь среди жизни. Так что и счастья, и его капризов было предостаточно.

1

* * *

Может быть, никогда и не вспомню

ни слова из опьяняющих речей,

что шепчет мне эта минута.