Иди к черту, ведьма!

Осторожно, тут ступеньки, – суетился Амадей. В голосе звучало предвкушение.

Варфоломей вовремя остановился и поэтому не споткнулся.

Они с Амадеем поднялись по лестнице, из-за двери доносилась приглушенная музыка.

– Нет… – выдохнул Варфоломей. – Только не музыка. Только не опять. Мы же уже…

Ни слова не говоря, Амадей толкнул дверь.

Варфоломей боролся с желанием развернуться и скрыться в тумане. Он всегда трезво оценивал свои силы и понимал, что еще одну оперу ему не осилить. Едва ли в мире найдется человек шесть, способных прослушать две оперы подряд, но Варфоломей об этом не догадывался.

Амадей не дал ему шанса на трусливое отступление, подхватил под локоть и втянул в красное нутро дома. Туман остался за порогом, свернулся кольцами и приготовился ждать. Это был весьма странный туман.

Варфоломей успел заметить черные бархатные шторы и красное освещение комнат, успел услышать приглушенный женский смех, а потом на него прыгнула совершенно обнаженная женщина, душно обняла и впечатала мокрый скользкий поцелуй прямо в шею.

– Привет, красавчик! Что-то я тебя раньше не видела, – прошептала она.

Варфоломей машинально попытался ее от себя оторвать. Он слегка повернул голову, чтобы увидеть, что к Амадею присосалась вторая точно такая же. Но одежды на ней было больше. Кто скажет, что туфли и чокер – не одежда?

– Амадей! – проурчала вторая. – Давно не виделись. Почему не заходишь?

– Дела, София, совсем замотался.

В этот момент Варфоломей потерпел поражение, и незнакомка опять добралась до его шеи, а ее руки начали поглаживать черта против шерсти.

Почему-то у него возникло ощущение, что рук у дамы было не две, а минимум четыре. А еще она умудрялась тащить Варфоломея дальше в красные комнаты.

– Пойдем со мной, милый. Пойдем… ты такой… – речь ее стала бессвязной.

Амадей, посмеиваясь, прошел следом. Он приобнимал ту, что назвал Софией, за талию.

– Ольга, не пугай Варфоломея, он только что из Ада прибыл. Еще, считай, не видел ничего.

– Так я покажу… м-м-м… все…

Женщина выпустила Варфоломея и чуть отстранилась.

У нее были темные волосы, которые в красных отсветах казались огненно-рыжими.

Все, что еще смог понять Варфоломей о внешности Ольги, – это жадные, неестественно полные губы.

– О, из самого Ада? Так ты падший ангелочек?

Амадей грустно вздохнул и заворковал очень ласковым голосом:

– Нет, он тоже черт, дорогая. Это можно понять по первичным, так сказать, признакам: по его рогам… хм-м… по отсутствию крыльев.