Институт репродукции

Я дико перепугалась. Причем, надо полагать, изменилась в лице, потому что весь наличествующий в тот момент персонал интенсивки, в лице двух сестер и нянечки дружно рванул ко мне, и затараторил наперебой: « Ты че, ты че, и не думай даже! Все, наоборот, хорошо очень: на улучшение твой Алешка пошел, в больницу его перевели, в отделение недоношенных. А они ж там, в больнице – сама знаешь, только перспективных недоношенных принимают. Таких, которые больнице хорошую статистику не испортят, и наверняка не помрут в ближайшее время.

Так что все теперь у твоего Алешки будет зашибись – выходят его там, и глядишь, передадут потом в приличную семью на усыновление.»

Вот как, значит. Мне полагалось бы радоваться. Все хорошо. Я, Настя, могу в данном конкретном случае праздновать полную и безоговорочную победу над системой. При моем более чем активном содействии обреченный изначально на смерть человеческий плод выжил, признан ребенком, и передан дальше, по инстанциям, для последующего выживания.

Но как же пусто и тоскливо было у меня на душе – словами не передать!

Впрочем, что делать? Ведь не могу ж я, действительно, подбирать их всех, как брошенных котят? Подхватывать – мокрых, скользких, в крови, еле шевелящихся, еле дышащих, совать за пазуху, под халат, отогревать на груди, бежать скорее домой, и там, дома, пытаться выходить, выкормить, чтобы потом пытаться пристроить в хорошие руки….

Хотя в данный момент меня заботило лишь одно: будет ли там, в больнице кто-нибудь гладить моего Лешку по спинке?

*

– Ну вот, – произнес старый, горбатый, сморщенный карлик – заведующий отделением ЭКО, указывая на широченный, во всю стену кабинета экран, куда были спроецированы многократно увеличенные, лежащие сейчас в соседней комнате-лаборатории на предметном стеклышке микроскопа две ягодки-малинки.

 – Любуйтесь, молодой человек. Один из них – ваш будущий ребенок. Все, как вы заказывали: генетическая информация двух ваших спермиев помещена в ядро предварительно лишенной собственной генетической информации яйцеклетки. Это, как вы и хотели, абсолютно ваши дети, обязанные своим происхождением только вам. Теперь, когда они уже есть, дело за малым – соответствующим образом подготовить ваш организм, и пересадить в него эмбрион.

– Один? – уточнил Костя, не отрывая взгляд от экрана.

– В вашем случае – один.