Недосказанное (сборник)

С привычным скрипом колеса,

На бричке обветшалой путь искали.

Не то, что б, явно заплутав,

Среди густого бурелома.

Стремились к полю сочных трав

Вокруг зажиточного дома.

Но верили, что ехали вперед,

Своей проторенной дорогой.

И полупьяный, набожный народ

Послушен был привычке строгой.

Когда ухабы стали велики,

А мужичок с вожжами закемарил.

На повороте наши земляки

Его спихнули, что б не правил.

И обернули бричку кумачом,

И, вожжи натянув, с горы пустились.

Горланя, что овраги нипочём,

Крушили всё, где русские крестились.

Добро по сторонам кидали впопыхах,

Что б бричка всё быстрей катилась.

Телами ямы затыкая в камышах,

Что бы движенье не остановилось.

И всякого, рискнувшего сказать,

Что ровная дорога где-то рядом.

Погонщик заставлял кнутом бежать

Перед повозкой. Объяснив обрядом.

Когда увязли по уши в грязи,

И отобрали вожжи у водилы.

Увидели лишь островок вблизи,

Где предков брошены могилы.

Советчиков немало набралось,

Как нам на сушу выбираться.

Да снова честных не нашлось,

И мы по кругу начали слоняться.

Иные обещали накормить,

Коня, и упряжь новую наладить.

Но только успевали отломить,

Кусок от каравая. И – нагадить.

Повозка из болота медленно ползет,

Но шустрые на кочки перебрались.

Наперебой кричат, что скоро – взлёт,

Что лишь ленивые в грязи остались.

В Урюпинске собрались мужики,

О нашем «Челси» обсудить детали.

Что б горькую запить с тоски,

Они в ломбард, снесли свои медали.

И кто-то вспомнил жесткий кнут,

Который над повозкой долго правил.

Что без него, мол, навсегда мы тут,

И только он на верный путь направил.

Тогда бы тройку резвых скакунов

Запрячь в повозку. С ветерком катиться.

Когда, вот только, ссадим пацанов,

А герб двуглавый сменит мудрая орлица.

Чужая боль

Бывает, что чужая сердцу боль

Внезапно расцарапывает душу.

И я, вживаясь в чью-то роль,

Осознанно спокойствие нарушу.

Иной судьбы, касаясь невзначай,

Её беду всем сердцем понимаю.

И, ощущая острой бритвы край,

Проникновенье внутрь принимаю.

Подобно рыцарю, забрало приподняв,

Чужих врагов я рассмотреть пытаюсь.

В порыве, в стременах привстав,

Наткнусь, но удержусь, шатаясь.

Меня спасет любовь и доброта,

Как верный конь на поле брани,

Не даст в бою погибнуть чистота,

Едва коснусь смертельной грани.