Доказательство жизни

Какие встречи, мысли о друзьях,

сокрытом в календарь веселье,

когда исчезло золото в ветвях

и сквозняки по-зимнему запели?

Какие вечера при тающих свечах,

соперницах бездушного вольфрама,

когда зима у осени в глазах

и первый иней в уголке оконной рамы?

А где-то высоко, в свинцовых облаках,

из башни белой вниз струится пенье,

но каждый шаг наверх приносит страх

и имена друзей стирает со ступеней.

«Страшно, когда в доме кончились свечи…»

Страшно, когда в доме кончились свечи,

темнота захватила кварталы в свой плен.

Страшно, если выходишь из дома под вечер,

а за дверью провалы разомкнутых стен.

Страшно в отчаяньи, когда слово сорвалось

и камнем стремительно бросилось ввысь.

Страшно ждать его возвращения – ведь казалось,

не будет отмщением неизбежность падения вниз.

Страшно верить в несбыточность чуда

и в конечность всего, в том числе и себя.

Страшно видеть движение лиц в амплитуде,

отлетающих прочь, никого и ничто не любя.

«Погрузи меня в эту ночь…»

Погрузи меня в эту ночь,

раствори во мне лунный свет.

Если хочешь мне как-то помочь,

позабудь слово твёрдое «нет».

Подыши на мороз в стекле,

путь открой движению вод.

Отыщи след огня в золе

и свечами согрей киот.

Прочитай мне мои слова —

я сказал их в душе, но не смел

превратить тишину в кружева,

вместо литер нажав на пробел.

Подними меня над землей,

пронеси через ночь и рассвет

в город, вымытый свежей росой,

одаренный неспешностью лет.

«Десять тысяч шагов…»

Десять тысяч шагов:

от вечерней зари до рассвета.

Ни темниц, ни оков —

просто поиск ответов

На открытых просторах,

в проулках, в глуши,

в вопросительных взорах

заблудшей души.

Десять тысяч шагов

как повинность и данность:

в череде катастроф

мы рождаем гуманность

и шагая во тьме от стены до стены,

от надежды окна до безумья порога,

в чувстве вечной неясной вины

ощущаем присутствие Бога.

«Вплавляет в лёд отмерший эпителий…»

Вплавляет в лёд отмерший эпителий

погибший лист в крутом пике.

На звездах без остатка выгорает гелий

и линии судьбу пророчат на руке.

Всё также кто-то двигает полки —

штурмует стёкла многокрылый легион

и яркий свет вольфрамовой дуги

их манит обещанием тепла – таков закон.