Медлительная река. рассказы

Медуза стонет, закатывая глаза, и в очередной раз исчезает в подсобке.

Спустя полчаса после начала торгов до совпадения «разумных пределов» остаётся долларов пятьдесят. И можно было предположить, что дальше дело пойдёт быстрее. В реальности всё обстояло совсем по-другому! За оставшиеся 50 баксов, так препятствовавших единению турецкого и российского разумов со всеми их пределами, отклонениями и прочими заморочками, мы торговались едва ли не вдвое дольше! Из полтинника в результате я уступил двадцатку, а медуза, изничтожая меня яростным взглядом, в последний раз убежала в подсобку.

Вернулась с менеджером. Вальяжный и бородатый, он поздравил меня с покупкой и спросил, из какого я города.

Я ответил: «Из Волгограда», реакции не последовало. Тогда я произнёс «Сталинград». Вот тут он всплеснул руками и стал трещать без остановки. Забросал меня комплиментами, скрытый смысл которых, в переводе с коммерческого языка на обычный, означал: «Ну ты и крендель! Прошёлся по нашим ценам тяжёлым танком.

Теперь понятно, откуда такие берутся!» – после чего отодвинул медузу и лично провёл нас на кассу оформить покупки.

А ты, землячок, как думал? Всё серьёзно, по-взрослому! За кого вы впрягались во время Второй мировой? Вроде держали нейтралитет, но были готовы за немцев? Так вот, за Волгой для нас земли нет! Или для вас? Короче, вы поняли…

Отрывочных впечатлений и жанровых сценок на турецкую тему за время нашего отдыха было достаточно. Не все из них одинаково интересны и достойны упоминания.

Но впечатлением об одном «незабываемом» случае я не могу не поделиться.

Собственно говоря, случай тот состоял в посещении рынка, по-турецки – базара. А если совсем быть точным – туалета на этом рынке. Нет, с кафелем и чистотой всё было в полном порядке! Просторное помещение с рядом кабинок, рукомойники, зеркала, дозаторы жидкого мыла, сенсорные смесители. Правда, в кабинке отсутствовал унитаз, и это меня слегка озадачило – пришлось, словно где-то в российской глубинке, присесть второпях в позе орла.

Но разве это проблема для русского человека? К подобной процедуре у нас привычны все, включая городских жителей, потому как даже у них стойко держится в памяти опыт посещения казённых сортиров, будь то пионерлагерь, воинская казарма или забытая богом автостоянка на федеральной трассе. (К слову сказать, на нефедеральных дорогах стоянок и туалетов нет вообще.)

Культурный шок, поразивший меня в тот день, заключался в другом.