Девочка и ветер

Это кое-кто уже сделал до вас, – ответила она, уступая место Кале.

– Никогда не поздно, если любишь страстно, – многозначительно подмигнул Михайло, глубоко вдохнув дым.

Ритуал повторили несколько раз, и в хорошем настроении все перешли в гостиную, куда перенесли и напитки. Ивана захватила стеклянную вазу с чипсами. На телевизионном экране заканчивался фильм «Второй шанс» с Николасом Кейджем в главной роли. Фильм их не интересовал, поэтому телевизор выключили. Михайло сел рядом с Иваной, положив руку ей на плечо.

Его указательный палец проник через глубокое декольте на ее хлопчатобумажной майке, нежно массируя крупный сосок на ее белой, как молоко, груди. Она схватила его за запястье и убрала руку.

– Что с тобой?

– Ты меня щекочешь.

– Хочешь посексимся?

– Успокойся. Я не в настроении.

– Я всегда выполняю обещания, – сказал Михайло, глядя ей прямо в глаза.

– Я тебе ничего не обещала.

– Я сам себе обещал, что сегодня вечером буду спать с тобой, – добавил он с твердой решимостью в голосе и, заключив ее в крепкие мускулистые объятия, отнес в спальню.

Опустив ее на кровать, он прилег рядом, положив свою разгоряченную ладонь на ее оголенное бедро.

– Я не хочу. Ты понимаешь, когда тебе говорят «нет»?

– Когда тебе что-нибудь надо, я всегда тут как тут. Моментально меня находишь, а когда я чего-нибудь хочу, ты делаешь вид, что не понимаешь. Мы – не дети, не будем играть в игры. Снимай трусики!

– Не хочу.

Засунув ей свою крупную ладонь между ног, он ощутил упругость волосков на лобке.

Она сжала ноги, но отпор был слишком слабым, чтобы сопротивляться его бычьей силе. Резинка, как тетива, лопнула, больно ударив ее по ягодицам, и белые кружевные трусики спустились по бедрам и полетели через кровать, прямо на гипсовый бюст Венеры на другом конце комнаты. Мертвый гипсовый глаз дочери Юпитера смотрел через разрез белых кружев и стал немым свидетелем, как оскверняется любовь, самое святое чувство, подаренное человеку для счастья.

Было совершенно очевидно, что еще одна убогая ночь их несчастных жизней должна пройти, и Ивана перестала сопротивляться, раздвинув ноги. В полумраке Иваниной спальни Михайло с инстинктом самца бросился в тесный проход между ее ног. А потом в комнату прокрался, включив лампу на ночном столике, Кале, голый, как мать родила.

– Выключи свет! – простонала Ивана. – Что тебе здесь надо?

– Хочу смотреть на вас. Порнопрограмма для полуночников в прямом эфире.