Зеленый. Цвет свободы

– Ну что ты, нет, конечно! Буду искать другие способы, – она встала и обняла меня. – Не бойся, мы что-нибудь придумаем. У нас еще четыре с половиной месяца до истечения срока легального пребывания.

– Джош уехал из-за меня? – этот вопрос не давал мне покоя целый день. Он был, как назойливая муха, я гнала его прочь, а он раз за разом всплывал в уме.

– О боже, конечно, нет! Ты здесь совсем ни при чем. У нас с ним давнишнее разногласие, и мы много лет не можем его разрешить, – она погладила меня по волосам. – Даже не думай об этом! Кстати, как погуляла?

– Чудесно, – я слабо улыбнулась.

 – Алекс знает Манхеттен, как свои пять пальцев.

Немного помолчав, я добавила:

– Кажется, Герман меня нашел.

– Не может быть! Ты его видела?

– Не думаю, что это был он лично, скорее, нанятый им человек. Сейчас в чайной лавке за углом я увидела мужчину, который смотрел на меня. Он быстро ушел, когда увидел, что я его заметила.

– Это Нью-Йорк, здесь всегда кто-нибудь на кого-нибудь смотрит. Маловероятно, что это Герман или его человек.

Здесь миллионы людей. Твой страх еще силен, и он играет с тобой злую шутку, – Лана обняла меня. – Да ты вся дрожишь! Подожди-ка минутку, – она ушла с террасы и через несколько минут вернулась с бутылкой виски.

– Выпей это и ложись спать, – она протянула стакан, наполовину наполненный янтарной жидкостью.

Я послушно выпила залпом. Огненный напиток обжег грудь внутри, но через секунду приятное тепло разошлось по телу, прогоняя ледяные щупальца страха.

Глава 5

Дни летели со страшной скоростью приближая меня к дате, указанной на штемпеле, проставленному в моем паспорте американским пограничником.

Лана старалась изо всех сил, но ее попытки разбивались о каменную стену непреклонного американского иммиграционного законодательства. Я брала дополнительные смены в ресторане, чтобы больше заработать, а заодно чтобы не было времени на отчаяние. Постепенно, мне стало казаться, что я никого не видела тогда в стеклянной витрине чайной лавки.

Алекс уехал из города, чему я была одновременно и рада, и нет.

Меня немного пугали чувства, охватывающие рядом с Алексом: с одной стороны, с ним было легко и приятно болтать, гулять, как с другом, но иногда я ловила на себе его взгляды, которые задерживались на моих губах или шее на мгновение дольше, чем требовалось, от чего глубоко внутри начинало теплеть, а в глубине его серых глаз я замечала искры разгорающегося пожара.

И этот пожар меня пугал.