Ибо богиня

 – Мы планировали предложить тебе это в следующем сезоне, через полгода то есть, но раз так… А когда бы ты мог начать новую работу? Настоящую работу?

– Завтра.

– Начинай.

– На каких условиях?

– Пункт об авторских правах – причешем отдельно. Остальное – пиши сам. Мы согласимся.

– Даже со сроками?

– Даже с ними.

– Но у вас же уже давно закрыт план на год текущий и сверстан – на следующий… Да и на через следующий, наверное, тоже!

– Не твоя забота.

«Ну что ж, ты напросилась».

– Тогда… Тогда попроси меня, Веточка.

Хорошо попроси.

– Мне выйти? – захохотал Тёмка.

– Нет. Этому придурку не этого всю жизнь от меня хотелось, – Иветта спрыгнула со стола, отсчитала три шага, жалобно спросила: – Хватит?

Валера только кивнул, и она начала подтягивать вверх узкую длинную юбку.

– Какой же у вас был звёздный класс… ты, Тимофей, Иветта, Катерина, Андрей, Семён, Алина… все на слуху. У всей галактики.

Они лежали, как Анна любила: она – спиной к нему, он – прижавшись к ней всем телом, обняв её… Его дыхание неслышно шевелило её волосы, щекотало шею.

Его руки чуть ласкали её грудь, и остро ощущались его бёдра. А через открытое окно пахло опавшими листьями и сыростью – пахло ранней осенью. Смутно доносилась музыка, отчетливей – чей-то разливчатый смех. Их квартал ещё не спал.

– Это всё Катерина… Лучшая! – и Анна почти увидела его улыбку. – Вот – даже Линка до сих пор помнит! На посвящении в скауты у нас спрашивали о своих собственных недостатках.

– Нас тоже, – вспомнила женщина.

– Да почти всех спрашивают, стандартный вопрос. А Катерина тихо ответила:

«– Я не знаю.

«– Поможем девочке! – представитель города оглядела класс.

Ни одна рука не поднялась. Алина потом призналась, что с горя хотела выкрикнуть: «Да гадина она просто!», – так на Посвящении не принято лгать.

«– Она что у вас – идеал? – обернулась к нашему учителю представитель.

«– Эх, – вздохнул Вениамин Константинович, – побольше б, хоть на пару каратов, доброты да скромности – вообще б цены не было.

«– Вы считаете… – чуть нахмурила бровки наша юная красавица.

«– Будешь спорить? – улыбнулся учитель.

«– Нет, – скромно не стала спорить она.

Вот такая. Мы, мальчишки, чуть ли не поголовно были влюблены в неё, а девчонки исходили ревностью… И друг перед другом… – он вздохнул, с такой горечью, с такой ностальгией… – Тёмка, тот интеллектом, фартом… Однажды, они, на пару с Ифкой, учинили игру в дурака на раздевание и оголили всех нас.