Ибо богиня

«Та-а-ак, – хмыкнул Блейк, – ловушкой первого уровня сделали яму, то есть нечто, которое внизу, на втором будут камни, которые упадут сверху. Но где? И как бы проверить…»

Он поднял глаза… Проверять немонолитность «потолка» было бесполезно. Но… Он опять улыбнулся:

«Если у местного Конструктора такая незамысловатая логика, то и ловушки он разместит строго наоборот: были на тропинке, будут – на обходных путях. А значит… Рискнем?»

И рискнул. Блейк двинулся вперёд прямо по тропе, стараясь держатся аккуратно посередине.

Прошёл мимо карнизика слева, мимо некруто поднимающегося камня. Недалеко от «подходящего валуна» остановился. Опустился, лёг. И там, где тропа, зажатая камнями, сужалась, прополз по-пластунски, прижимаясь, вжимаясь а каменный монолит пола. Пролез.

Отполз ещё на всякий случай. Поднялся. Отряхнулся. Подумал: «Вот сейчас и проверим». Огляделся, нашел булыжник в пару килограмм, поднял. Отошел подальше и швырнул его на валун. И тут же рефлекторно отскочил ещё дальше.

«Однако, проверили», – потёр уши Блейк.

Прохода больше не было, валуна видно не было тоже: всё завалено, и опять – пыль, пыль, и опять – сиреневые переливы.

«Тоже мне… – он поморщился: – ну ладно, у местного Конструктора нет вкуса, так неужели вкуса нет и у их Редактора? Там, у первых врат, эти сполохи ещё можно было оправдать какой-нибудь остаточной древней магией, но здесь-то – голимая механика…»

Блейк ещё немного полюбовался завалом, посмотрел выше… Нет, теперь света не хватало – потолка видно больше не было.

Дальше Блейк шёл не спеша: раз имеем проход второго уровня – значит, и ловушек здесь – две. И он почти наверняка знал, где разместилась вторая. Но по сторонам посматривал: всё-таки вдруг где-то удастся заметить какой-нибудь артифактик.

Тропа закручивалась, виляла, имитируя русло древней высохшей подземной речонки, и вела вниз. Появились сталактиты, а валуны и не пропадали… Тропа обходила их, но лишайникам они, видно, приглянулись, и эти причудливые колонны, и эти сглаженные огромные булыжники сочились ровным слабым свечением.

Стены сдвигались всё теснее, уклон пола становился круче. Идти приходилось всё осторожнее: кто его знает, насколько крепко держатся на полу каменюги. Потолок опускался всё ниже тоже. Уже и призрачного сияния мхов хватало, чтобы нависающие над головой граниты были видны сплошь, без всяких разрывов.