Пустота

Мария начала ворочаться и затем потянулась к будильнику, который я вчера вечером завела. Девушка вытащила батарейки и положила вместе с умолкнувшими часами на пол. Ни в какую школу она не собиралась, вновь закрыла глаза, но заснуть уже не смогла. Пролежав так минут десять от силы, Мари встала и прошла мимо меня к письменному столу, где лежал мобильник. Было только полседьмого утра. Через ее плечо я смотрела, как она находит в списке контактов номер брата. Какое-то время Мари не могла решиться нажать кнопку вызова, и я уже подумала, что она не решится.

Мария замерла, прижимая телефон к уху и вслушиваясь в механический голос, который напоминал ей о том, что по этому номеру до Артура не дозвониться.

– Ну, почему… почему… почему?.. – застонала она, сдерживая слезы. – Почему для меня тебя нет?! Никогда нет! – девушка с силой бросила телефон в стену и рухнула на пол, уже не сдерживая рыдания.

Мне было так больно смотреть на нее. Очень хотелось обнять ее за плечи, но ведь ничего кроме холода Мари бы не ощутила.

И тогда я почувствовала, насколько ничтожна и беспомощна.

***

Чем дольше я оставалась с Марией, тем хуже чувствовала себя. Нет, она вскоре успокоилась, но в ее спокойствии я видела большую опасность, чем в слезах. Девушка казалась неживой, серой, как плохо стертый ластиком карандаш. Тогда я решила попробовать ввести в ее жизнь самого живого человека, из всех моих людей. И этим человеком была, конечно же, Маргарита.

Попасть в дом Кирилла было труднее, чем в дом Госта, который даже зимой держал окна открытыми настежь, впрочем, непросто было и выбраться из квартиры Марии.

Пришлось вылить молоко в раковину и надеяться, что девушке будет не лень дойти до магазина во благо привычки пить утренний чай или кофе только с молоком. Но сегодня мне везло, что мой человек оказался себе достаточно верен, к тому же я довольно легко проникла в подъезд: кто-то придержал дверь кирпичом, а уж квартиру зашла только из-за рассеянности моего Кирилла. Он забыл закрыть входную дверь, когда Маргарита пришла к нему утром – сегодня она работала в баре. Так что я тихонько опустила ручку входной двери и уже оказалась в просторном доме Кирилла, согретом появлением подруги.

Они как всегда болтали на кухне. Я заметила в коридоре сумку, которая явно принадлежала не моему человеку. Оправдываясь мыслью, что не человек уже, я заглянула внутрь и, даже не копаясь, заметила ее дневник – красивую записную книжку с нелинованными страницами.