По секрету всему свету

По секрету всему свету

Ольга Александровна Помыткина

Главная героиня – Ольга. В начале ей 12 лет. Она беззаботна и общительна, любит своих бабушек, у одной из них необычный и странный характер. Ольга частенько приходит к ней в гости. Потом семья Ольги переезжает в другой поселок. Она скучает по своей родине, и летом приезжает погостить к бабушкам. Там она встречает свою первую любовь, но все заканчивается неудачно. Ольга взрослеет, у нее появляются другие интересы. Она увлекается неженским спортом – тяжелой атлетикой.

Поступает в спортивный техникум. Но вскоре бросает спорт и возвращается домой.

Ольга Помыткина

По секрету всему свету

Моя бабушка Мария. 1987 год

Моя бабушка Мария Александровна, 1912 года рождения, была женщиной набожной, суеверной и со странностями. Как сейчас помню (было мне тогда двенадцать лет): подхожу я к ограде, наполовину плетёной из болотного тальника, наполовину из деревянного штакетника, открываю шаткую и скрипучую калитку, захожу в ограду, заросшую вытоптанным спорышом.

Бабушка (мы ее звали – баба Маруся) сидит на краю крылечка, на своем старом, но крепком стуле. Еще издали я заметила, как она прищурила глаза и подставила ко лбу правую руку, как козырек. А во дворе заскрипела ветками и зашелестела листвой толстая береза, преклонных лет.

– Баб Маруся, привет! – весело и громко произнесла я, подходя все ближе. Она в ответ – молчала, прищуривалась, все еще держа козырек. Видно, не узнавала меня. А потом громко, своим грубоватым голосом, ответила:

– Ольга, это ты! А я тебя не признала!

– Баб Марусь, ты меня просила в лес тебя сводить.

Пойдешь? – спросила также громко я.

– Да. Попозже, попозже. А Шука (так она называла сына Александра, моего отца) что делат?

– Да он на работе. А мама с сестрами дома.

– Ну, пойдем в хату, – предложила бабуля и стала потихоньку подыматься. Она была среднего роста, с горбинкой на спине, полноватой, с выпирающим вперед животом, c синими венозными ногами, в чулках телесного цвета.

Она не снимала их даже в самый жаркий день. На ней был старый, дырявый халат из байка, с поблекшими цветами и старая-престарая вязаная кофта с грубыми заплатами из какого-то материала – и это выглядело забавно.

Она мне всегда напоминала старуху из сказки Пушкина «О золотой рыбке». В веранде пахло полынью, разложенной на столе и сырой бумагой из кладовой, с покосившейся облезлой дверью. Мухи бились в закопченное от пыли окно и громко жужжали.