Южный ветер

Девушки вызывающе хихикали, не обращая внимания на остальных посетителей. Периодически они замолкали и, странно вытягивая губы, фотографировали себя на телефон.

– Алла, а зачем они делают так? – полковник скрутил губы в узкую трубочку.

– Я не знаю, – она дотронулась пальцами до его губ, чтобы он немедленно прекратил кривляться, – но так делают все! Кстати, даже парни иногда так делают.

– Да ладно?

– Я сама видела, как двое фотографировались у фонтана в парке, сложив губы именно так! Я знаю лишь, что так делают все.

Полковник скривился и бросил взгляд на девушек, которые продолжали гримасничать на камеру.

– А вот и мы, – сказала Зоя Владимировна, обняв Аллу Владимировну за плечи.

Несмотря на свои пятьдесят пять лет, Зоя Владимировна выглядела максимум на сорок. Короткая дизайнерская стрижка, стройная фигура, трижды в неделю оттачивающаяся в спортивном зале, делали своё дело. На ней был белый шёлковый брючный комбинезон. Он прекрасно подчёркивал силуэт, одновременно вуалируя шероховатости и небольшие недостатки.

– Я только сейчас начинаю верить в то, что вы действительно приехали, – теперь в её объятиях купался полковник, смущённо похлопывая Зою Владимировну по плечу.

Иван Сергеевич стоял напротив столика и счастливо улыбался. Стройный, высокий, загорелый, с белоснежной улыбкой, сверкающей на фоне тёмной кожи, он напоминал Кена, бесподобного мужа Барби. Года, конечно, брали своё: седые виски, складки морщин под глазами и в уголках рта, но сила духа и желание жить фонтаном били из каждого его движения.

Он галантно отодвинул стул, приглашая супругу присесть, а сам исчез в стенах ресторана. Через несколько минут он вернулся с двумя подносами, от которых исходили ароматы горячей еды и напитков. Он поставил тарелки перед супругой, которая, поблагодарив его, приступила к трапезе. Он не спрашивал у неё, что именно она хочет отведать, заранее зная, какие блюда придутся ей по вкусу.

Друзья весело и шумно обедали, общались, делились последними семейными новостями. Омрачало беседу присутствие компании в дальнем углу ресторана. Веранда уже давно заполнилась постояльцами, но общий тихий гул присутствующих прерывали периодические вульгарные возгласы и крики троих подвыпивших мужчин и их молодых спутниц. Один из джентльменов усадил девушку себе на колени.